— Мы нет, — улыбнулся я, — а я жду.
Я поднял свой нож, с учетом описанных ранее событий уже не казавшийся мне сколь бы то ни было опасным оружием, и выставил его перед собой.
— Двинешься хоть на сантиметр…
— И что? — засмеялась Пелагея. — Что ты можешь сделать мне этим ножичком?
В дверь громко постучали.
— Я здесь! — проорал я через плечо, не сводя глаз с ворожеи. — У нас тут два трупа и заложница, я не могу открыть! Мне угрожают ножом! Ломайте дверь!
Пелагея лишь хищно улыбнулась.
— Дурак ты, Горин! Вроде и умный, а такой все-таки дурак! Вот уж воистину вещают люди: академическое образование — еще не признак образованности.
Дверь тем временем действительно начали выламывать, послышались приглушенные мужские голоса и глухие удары — видимо, кто-то пытался выбить ее плечом.
— Дурак не дурак, а перехитрил же тебя.
Ворожея, казалось, напряглась.
— Как именно?
— А просто все. Ты за мной следила, полагаю, глазами своего пернатого слуги. Только не учла, что я могу вызвать полицию, просто отправив смс другу.
— То есть ощутив на себе всю мощь нашей ворожбы, ты по-прежнему думаешь, что три недалеких полицейских во главе с отважным участковым Борисом смогут меня остановить? — Пелагея презрительно фыркнула и покачала головой. — Как же ты меня недооцениваешь, Гришенька.
«Вот зараза, — мысленно ругнулся я. — Она и про мое знакомство с участковым знает, и про то, что их там сейчас трое на улице. От нее вообще можно хоть что-то скрыть?»
Хорошо же они меня за пару дней изучили, им бы в разведке работать. Хотя не все же такие, как она. Вполне возможно, что кто-то из их братии и на правительство работает, и на специальные ведомства, и на разведку в том числе. Такие способности грех не использовать в миру, и я не удивлюсь, если так оно все и обстоит.
Хлипкая дверь тем временем не выдержала натиска и слетела с петель. В домик ворвались полицейские, среди которых действительно был мой приятель Влад Борис. Он же и заорал что было мощи:
— Всем стоять, работает ОМОН!
— Ой, ну и напугал, — отмахнулась Пелагея и развела руки в стороны.
Все вокруг вдруг смолкло. Я медленно оглянулся и увидел картину замершего мира. Стражи порядка застыли в сенях, было видно, что вламывались они не организованно, а дуриком. Получив мое тревожное сообщение из машины, Борис, видимо, не смог организовать реальную группу захвата и поспешил ко мне на выручку с теми, кого смог найти — со своими сослуживцами, такими же, как и он сам, участковыми. На лицах парней замерли гримасы крика и напускной суровости, в руках они сжимали рукояти своих табельных «макарычей», причем ни у одного из них пистолет не был снят с предохранителя. Кем бы ни были эти ребята, они были не настроены воевать и применять оружие. Они могли лишь взять преступников, что называется, «на понт». Это было и мило, и глупо одновременно. Но самое интересное, что для реализации моего плана мне было нужно именно это абсурдное и нелепое действо. Другими словами, мне было нужно отвлечь внимание ворожеи, с чем Борис сотоварищи прекрасно справился.