Я переглянулся с его супругой, которая лишь тяжело вздохнула, словно этот разговор повторялся уже не в первый раз.
— Правильно ваша жена говорит, — твёрдо ответил я, усаживаясь на стул у кровати. — И пусть я не врач в полном смысле этого слова, но в общих чертах симптоматику понимаю. Вы лучше детально расскажите, как себя чувствуете.
Пока Глеб Иванович заверял меня, что он здоров как бык и готов хоть сейчас идти в бой, я достал из сумки всё необходимое для приготовления нового раствора. Отмерил соль, разбавил её дистиллированной водой. Затем установил бутылку в специальное крепление. Деревянная конструкция надёжно удерживала ёмкость на нужной высоте.
Глеб Иванович проследил за моими действиями и скривился, как ребёнок, которому предстоит горькое лекарство:
— Что, опять будете колоть? — спросил он с явной неохотой.
Я лишь кивнул в ответ, продолжая подготовку:
— Надо, Глеб Иванович, надо. Последний раз, я полагаю. Для закрепления результата.
Удивительно, но он, несмотря на своё высокое положение, не стал спорить. Молча, с выражением стоического смирения на лице, протянул руку. Я протёр кожу в сгибе локтя куском ткани, смоченной в спирте, пережал ремнем руку и аккуратно ввёл иглу в вену. Кровь медленно заполнила трубку — значит, игла вошла правильно. Я закрепил её полоской чистой ткани, чтоб та лучше держалась.
— Пока капельница делает своё дело, вы, Глеб Иванович, лучше бы накормили нас чем-нибудь, — вмешался Иван Дмитриевич. — А то мы с утра маковой росинки во рту не имели.
Глеб Иванович заметно оживился, получив возможность проявить гостеприимство даже в своём положении. Он кивнул слуге, стоявшему у двери, и тот немедленно исчез, отправившись исполнять приказание.
Пока мы завтракали — а кормили нас действительно по-царски: свежайшие пироги с разными начинками, мясные закуски, каша, сваренная на молоке, мёд и крепкий чай — я периодически поглядывал на капельницу, проверяя, что всё идёт как надо.
Через два часа, когда бутылка опустела, я аккуратно извлёк иглу из вены градоначальника и перевязал его руку чистой тканью.
— На этом, пожалуй, лечение можно считать законченным, — объявил я, собирая свои инструменты. — Но обязательно нужно соблюдать диету и режим. Никакого вина и крепких напитков в течение недели. Только чистая вода, морсы, травяные отвары. Из еды — лёгкие супы, каши, варёная рыба, никакого жирного мяса, никаких солений и копчёностей. И очень важно — никаких сильных физических нагрузок! Организму нужно восстановиться. Через неделю, если всё будет хорошо, вернётесь к обычной жизни.