Я не стал его томить — может, в другой бы раз и подшутил, заставил бы его помучиться в неведении, но сейчас, после бани, не было на это сил. Тело было расслабленным, мысли текли медленно и лениво, как мёд с ложки в холодный день.
— Спас от отравления градоначальника, — сказал я просто, наблюдая, как его глаза расширяются от удивления.
— А как вам удалось? — он подался вперёд, его голос стал тише, словно мы обсуждали государственную тайну. — Рвоту вызывали и воды побольше давали пить?
Я даже удивился его познаниям. Но тут же решил его ошарашить:
— Помимо этого сделал капельницу.
— А это что такое и зачем? — его брови сошлись на переносице, образуя глубокую морщину непонимания.
В нескольких словах я объяснил суть процедуры — как вводил иглу в вену, как следил за состоянием пациента. Говорил коротко, чувствуя, как усталость наваливается на плечи, а веки становятся тяжёлыми, будто свинцовыми.
— Ты уже извини, но я всё — пошёл отдыхать, — сказал я наконец, поднимаясь со скамьи.
А Ричард так и остался сидеть, переваривая полученную информацию. В его глазах читалось удивление, смешанное с восхищением и, возможно, даже с каплей той самой зависти, о которой я говорил при встрече. Маша накинула на плечи шаль и пошла проводить гостя, а я лег в кровать, чувствуя, как сон наваливается на меня.
Утро выдалось ясным — солнце, едва поднявшись над кромкой леса, заливало деревню мягким светом. Размеренность утра нарушил стук в дверь — уверенный, но не настойчивый. Я отставил недопитую чашку чая и пошел открывать.
На пороге стояли Петька с Ильей.
— Егор Андреевич, — начал Петька, теребя в руках шапку. Его лицо выражало нетерпеливое любопытство. — Хотели спросить — что там прошлый раз привез Игорь Савельевич?
Я посмотрел на них, не сразу поняв, о чем речь. Последнее время столько всего происходило, что детали выветривались из памяти быстрее, чем я успевал их там закрепить.
— А, вы про буржуйки? — наконец догадался я, вспомнив о металлических каркасах, которые недавно доставили в деревню.
— Да, — кивнул Илья, его темно-русые волосы, качнулись в такт движению. — Вы так и сказали, что они так называются.
— Ну, пойдемте посмотрим, — я прикрыл дверь и зашагал в сторону ангара.
Я поймал себя на мысли: «Вчера тут были, а про буржуйки и не вспомнили». Действительно, странно, что разговор о них не всплыл во время вчерашнего визита. Но, как часто бывает, одно дело вытесняет другое, и важные вопросы отступают перед насущными проблемами.
Ангар встретил нас прохладой и полумраком.
Буржуйки оказались в другой его части, скрытые за сложенными рядами досок. Их не было видно с того места, где мы вчера разговаривали с мужиками. Это неудивительно — каждый квадратный метр ангара использовался с умом. Доски, инструменты — всё было аккуратно сложено, создавая своего рода лабиринт из строительных материалов.