Легендарный «Паук»
Зной над Товарной площадью Вороньего Гнезда висел таким густым маревом, что даже крики торговцев и скрип повозок тонули в нём, становясь частью полуденного кошмарного пекла.
Стояла середина второго летнего месяца, и Артанум напоминал раскалённую скороводку, на которой кому-то вздумалось приготовить население целого города.
Воздух был тяжёлым, густым, пах пылью, потом, жареным салом и сладковатой вонью перезрелых фруктов. Но, несмотря на это, тени высокого здания Гильдии ткачей, где каменные стены ещё хранили какое-то подобие прохлады, собралась плотная толпа. Люди забыли о зное, их лица, лоснящиеся от жары, были обращены к небольшому, совсем недавно сколоченному помосту, на котором выступал артист из бродячей труппы, что иногда заезжали в великий свободный город.
Мужчина был похож на ожившую статую из древнего склепа. Худой, в потрёпанном, но когда-то явно дорогом камзоле, выцветшем до цвета пустынных роз. Его лицо было густо вымазано серебряной краской, отчего казалось безжизненной маской, скрывающей истинный возраст человека.
Стоило артисту пошевелиться — и каждый жест его длинных пальцев, каждый взмах широкого рукава был отточен и полон смысла. Он не рассказывал — он ткал невидимый гобелен прямо в воздухе, а его голос, то пронзительный, как свист арбалетного болта, то бархатный, как шорох дорогой ткани, заставлял сердца слушателей замирать в такт его речи.
— В незапамятные времена, когда наша луна была молода и цела, а великаны ещё гуляли по землям, наш мир был не одинок! Он был частью Великого Древа. Представьте себе дуб, что пронзает небеса и уходит корнями в самую сердцевину мироздания. Каждая ветвь на нём — сборище миров, каждый лист — отдельный мир, полный своих чудес и странностей! Одни миры сияли, как изумруды, другие тлели багровым огнём, третьи были окутаны вечной стужей.
И мы ходили по этим ветвям! Не по дорогам, а по самим мирам, как по мостам, соединяющим две стороны одного канала. Конечно, кто вздумается не мог гулять между ветвями и листьями — для этого нужны были Бродяги. Не короли и не маги — люди с душой, вывернутой наизнанку, способные чувствовать токи Древа, его рёв в крови.
Они находили точки соприкосновения, «сочленения», и вели караваны, армии, целые народы с ветки на ветку, с листа на лист!
Королевства Андаларов воевали с ордами Раканов, рождённых в мирах, где солнце было фиолетовым, а воздух — металлом. Купцы с ветвей Элинора торговали солнечным шёлками за гномьи руны с ветвей Кхазад. Учёные Герадозии совещались с мудрецами хрустальных городов Сильваны. Поэты искали вдохновения в ста шестидесяти восходах мира Аурелии.