Увы, но за первыми переживаниями мне даже в голову не пришло, что Лейла не пойдет за мной. И осознала я сей факт лишь когда мужчина шлепнул меня по пятой точке, заталкивая быстрее внутрь, и захлопнул дверь.
— Что?! — возмутилась я.
И обернувшись, убедилась, что мы стоим вдвоем в небольшом холле, и то, как он предвкушающе и как-то слишком радостно потирает руки.
— Эй, почему Лейла не зашла? — поздно среагировала я, в то время как страх заволакивал мое сознание.
— Нам надо уезжать, — пожал мужчина плечами, не скрывая оценку моих выпуклостей.
— Уезжать? — пропищала, не узнавая свой собственный голос.
Мужчина нахмурился, а потом махнул рукой, будто данный пробел нечто незначительное, о чем не стоит заморачиваться.
— Странно, что Лейла тебе ничего не сообщила. Отель «Пэлэй де ла Мажи» этим и славится. Мы путешествуем!
Мой мозг не мог собрать эту информацию воедино. Как отель может путешествовать? Он же стоит на месте! Нас снесут вместе с ним и тогда я окажусь на небесах? О рае мне рассказала Охра. Она всеми фибрами верила в него и готовилась к нему, очищая душу и тело перед сном. Это было забавно, если честно. Особенно, когда воды не хватало, и она орала как старая кошелка в мыле и пене от дешевого шампуня.
— Видит Бог, если я не попаду из-за вас в его угодия, я вернусь за вашими жалкими душонками!
И если Охра права, и если мне суждено сегодня попасть в рай, то я ж не помылась и не успела причаститься! Мысль на тот момент была весьма плачевная и пугающая.
— К-куда мы, сэр? — пролепетала я, пытаясь совладать с паникой.
— Сегодня мы направляемся в Даркленд, моя дорогая, — как ни в чем не бывало ответил мне мужчина в шляпе.
Даже моих куриных мозгов на тот момент хватило, чтоб понять, что Рай не может зваться «Темными землями» и, тяжело сглотнув застрявший ком в горле, просто стояла у стойки регистрации и ждала указаний.
— Пойдем, — ехидно улыбаясь, ответил он и повел по темным улочкам своего обшарпанного отеля.
Если снаружи здание было ужасного вида, то и изнутри оно тоже было не лучше и ничем не уступало его общему виду. Дом словно дышал зловониями, а доски скрипели со стен так, словно переговаривались. Мне даже показалось, что я почувствовала его дыхание: тяжелое, смрадное.
«Дом устал», — невольно пронеслось в голове и вместо того, чтобы приходить в неистовство от паники (что было мне свойственно с тех пор, как я пришла в себя, если так можно выразиться, в этих землях), я прониклась жалостью к зданию. Представила себе, как древнейшее архитектурное создание эксплуатируют, заставляя таскаться по всему миру ради ублажения неких сомнительных персон.