Скрипнув зубами, я проглатываю жесткие ругательства в адрес Алисы. Ясно, что ее беспокоит, пока сын в больнице. Моя гребаная личная жизнь. Которая не должна ее касаться.
— Неправда, у тебя есть мать. Ну, а я всегда рядом, даже когда ты меня не видишь, — подмигиваю ему заговорщически.
Это не пустые слова — в их доме давно работает видеонаблюдение, и в случае чего я в любой момент могу проверить записи. Разумеется, я никогда этим не злоупотреблял. Семья брата для меня неприкосновенна. Однако… пришло время нарушить принцип.
Установкой камер занималась моя фирма по просьбе Свята, но Алиса не в курсе, где они и что снимают. Не моя прихоть, а твердое условие брата — по долгу службы он часто и надолго уходил в море, поэтому хотел на расстоянии присматривать за домом. Тогда я воспринял его желание следить за женой как элементарную заботу, но сейчас иначе взглянул на их отношения. После выходки Алисы я могу предположить, что причина гораздо прозаичнее — Свят не доверял ей. И не зря…
— Батя, ты спецагент? — смеётся Матвей заливисто, вырывая меня из раздумий.
— Лучше. Я твой дядька, — щелкаю его по носу. — Ну что, отпустишь меня домой? В случае чего бери у матери телефон и звони мне. В любое время суток. Ясно?
— Отпущу, если завтра приедешь, — хитро сощурившись, торгуется со мной.
— Постараюсь. Может быть, вместе с Максом зайдем после школы. Ты не против?
— Мне понравился Макс. Я пообщался с ним, как ты и советовал, и он оказался нормальным.
Детское лицо озаряет искренняя, беззаботная улыбка, и у меня будто камень с души падает. Приятно видеть ребёнка счастливым. Но настроение резко летит в бездну, когда возвращается Алиса.
— Кто такой Макс? — уточняет она с легким, но неприятным налетом претензии.
— Одноклассник мой, — отзывается Матвей. Этого ей хватает, чтобы успокоиться и забыть о нем.
Как назло, Алиса переключается на меня.
— Даня, уже уходишь?
Меня начинает тошнить от волны приторного запаха дорогих, но безвкусных духов, что накрывает меня с головой. Вкрадчивые шаги приближаются, Алиса останавливается за моей спиной. Так близко, что я ее чувствую и слышу рваное дыхание. Она дотрагивается пальцами до моего плеча, и я грубо сбрасываю с себя ее холодную руку.
— Займись сыном, Алиса, а то даже имен его друзей не знаешь, — выплевываю с укором.
Махнув рукой племяннику на прощание, я реактивной пулей вылетаю из палаты, стараясь не смотреть на его мать. Иначе не сдержусь и оттаскаю ее за волосы прямо по больнице.
Она ведет себя так, будто я ее законный муж. Легко готова сменить младшего Богатырева на старшего, а у меня это в голове не укладывается. Как и наша проклятая ночь. До сих пор не понимаю, как она могла случиться. В здравом уме я бы никогда… Но я был в стельку пьян и не отдавал отчет своим действиям.