— Вера, я не решаю такие вопросы, — тихо произнесла мама.
— Я знаю, что он может купить мне жилье. Егор сказал… — Вера осеклась.
— Что сказал Егор?
— Ничего, — пробормотала она и снова загремела посудой.
— Мама, я к Вите, — заглянула на кухню, — Сергей уже подъехал, — кивнула на окно открывающее вид на калитку, в которую вошел парень.
Вера зло зыркнула на меня и отвернулась.
Мама коротко кивнула.
Я так устала от напряжения, которое царило в нашем доме, что у меня просто не переставала болеть голова. Но головную боль вполне можно терпеть и прятать, а вот токсикоз, который время от времени напоминал о себе спрятать было куда тяжелее. Поэтому я по-прежнему вставала раньше всех и начинала свой день со стакана холодной воды с лимоном. Тошнота потихоньку отступала и в целом, я чувствовала себя вполне сносно, если не учитывать то, что мой аппетит кратно возрос и мне до жути хотелось квашеной капусты и шоколада.
— С тобой все в порядке? Ты какая-то бледная, — выехав из нашего проезда, Сергей взглянул на меня, на секунду отвлекшись от дороги.
— Все нормально, — уставилась в окно, сосредоточив взгляд на лесополосе.
— Тебя беспокоит что-то?
— Нет. Я же сказала, что все хорошо.
— Ты не против если мы заедем кое-куда минут на пятнадцать? Это по пути. Если неудобно, то я смотаюсь потом, когда отвезу тебя.
— Не против, — я продолжала смотреть в окно.
В доме Сергея ко мне все относились приветливо. С одной стороны, это успокаивало, а с другой напрягало. В воздухе витало что-то такое, едва уловимое, но достаточно понятное. Будто за меня все давно решено и сейчас мне любезно предоставляют время свыкнуться с перспективой войти в эту семью в качестве невестки. Мне не нравилось это состояние. Что у Сомовых, что у себя дома, я чувствовала психологическое давление. В обоих случает разное по энергетике, но схожее в результате, которого хотели достичь окружающие меня люди.
Мы не доехали один поворот, свернули в проселок. Медленно ехали по грунтовой дороге около десяти минут. Большой автомобиль Сергея покачивался на неровной дороге словно баржа на воде, к горлу начала подступать тошнота.
— Подвеска слишком мягкая. Маму тоже всегда укачивает на ухабистой дороге, — он прочел по моему лицу, мое состояние. — Скоро отсыплем дорогу. Будет нормально, — зачем-то добавил он, останавливая машину около кирпичного дома с мансардой.
Вокруг двора еще не было глухого забора, он был обнесен обыкновенной прозрачной сеткой. Во дворе несколько рабочих варили навес.
Отвернулась от яркой вспышки, зажмурив глаза.
— Пойдешь со мной? — неожиданно предложил он.