— Вы обязательно сделаете узи и сдадите все необходимые анализы, но я вам сейчас говорю. Матка увеличена, вы худенькая, я прекрасно вижу беременность, — она еще раз пропальпировала мой живот. Давайте, грудь посмотрю…
Я сидела на стуле перед врачом и рыдала. Горячие капли капали на тонкую ткань платья оставляя крупные пятна.
— Рая, не приглашай больше никого.
Девушку зашедшую вслед за мной отпустили достаточно быстро, ей повезло куда больше чем мне, ни о какой беременности не было и речи.
— Померяй ей давление, — врач снова обратилась к акушерке.
На моей руке тут же сомкнулся рукав моментально обездвижив мою конечность.
— Девяносто на шестьдесят, — сдавливающие тиски отпустили мою руку, голос акушерки звучал холодно и безучастно.
— Надя, — врач неожиданно подалась ко мне ближе, прошептала, — это было насилие?
— Нет!! — подпрыгнула на стуле, ощутив, как прорезался голос. — Нет! Нет, ничего такого не было. Просто я не готова, и мы…
— Ты не предохраняешься… А твой молодой человек? — посмотрела на меня вопросительно.
— Он тоже нет, но…
— Надя, прерванный половой акт, это не метод контрацепции, — покачала она головой, а я до боли закусила губу. — Успокаивайся, слезами ты ничего не изменишь. Ты взрослая, здоровая девушка. В твоем случае беременность — это нормально.
— Но я ведь не…
— Не замужем? — она окинула взглядом длинный подол моего платья, ниспадающий до самого пола.
Затылком почувствовала, как хмыкнула акушерка.
— Значит будешь замужем, — улыбнулась она и коснулась моего плеча. — Ты боишься, что семья осудит?
— Вита Руслановна, у нас там коридор битком, а вы развели тут беседы по душам! — снова раздался возмущенный голос позади меня.
— Надя… как можно скорее расскажи своему парню. Я думаю, что все у вас будет хорошо. Главное не тяни. Вот прямо сейчас позвони ему, а лучше поезжай к нему, — тихо говорила она каждым словом вонзая иглу мне в сердце. — Поняла меня?
— Да, — опустив голову, кивнула я и поднялась с места.
— Раечка, направления! — По столу скользнула стопка листов. Я второпях сунула их в сумку. — Запиши Надю следом за Белоусовой.
— Так время там одно осталось.
— Значит на следующий день запиши.
— Двадцать шестого в двенадцать сорок пять, — мне в руки сунули еще один лист и оглушили криком:
— Следующая!
— Почему ты так долго? Что с твоим лицом? Папа уже звонил. Я сказала, что ты завалила зачет, и мы не успели на электричку до обеда.
— Я просто расстроилась… очень, — приложила холодную бутылку минеральной воды ко лбу, прикрыв глаза пыталась сконцентрироваться на своих ощущениях.