Миша опускает стекло.
— Тебе жить надоело?! Хера ты на хвост мне упал?!
Его глаза, как две черный пули, сбивают меня на поражение. Давид еще смотрит несколько секунд на меня, игнорируя матерящегося Михаила, а потом обгоняет нас и на мигающий зеленый уносится вдаль, превращаясь в точку.
Я мертва… Он убил меня взглядом.
— Что за отморозки кругом! Ты знаешь сколько аварийных ситуаций сейчас создал этот уё…к? — смотрит на меня раздраженно.
— Не выражайся! Ребенок слышит, — произношу холодно, продолжая смотреть в даль.
— Во сколько, ты говорила, нужно забрать Марка? — интересуется Миша притормаживая на парковке детского сада.
— Не нужно его забирать. Я сама заберу. Отпрошусь у заведующей на часок.
— Да брось ты! Мне совершенно не сложно. Я сегодня почти не загружен. Найду полчаса.
— Спасибо. Я сказала, что сама справлюсь.
— Надь, что такое? — тормозит меня за руку. А затем резко притягивает к себе и целует в висок. — Спасибо тебе за такое доброе утро. Таська счастлива и мне было приятно провести время в семье.
Отстраняюсь от него, оборачиваюсь назад. Смотрю по сторонам.
— Все нормально, Надюш? — он все еще крепко держит мою ладонь.
— Мы опаздываем, — хватаю притаившуюся рядом с нами Тасю и быстрым шагом направляюсь к калитке сада, то и дело оборачиваясь назад.
***
— Надь, к охране подойди. Там тебе курьер посылку оставил, — в игровую заглядывает воспитатель младшей группы. — У тебя день рождения что ли?
— Нет.
— Там большая коробка. Охрана не пропустила. Сказали, чтобы ты лично подошла к ним и вскрыла. Мало ли, что в ней! Бдят…
Оставляю детей на няню иду к посту охраны.
Два часа я пытаюсь собрать мысли в кучу, но ничего не выходит. В голове какой-то сумбур. Сейчас окажется, что это очередной подарок от Миши. Я не знаю, что мне с ним делать. Слов он не понимает. Тая продолжает смотреть на меня влюбленными глазами, а у меня не хватает духу оттолкнуть девочку. Единственное, что меня радует это то, что он прекратил попытки затащить меня в постель. Он достаточно быстро перестал мне намекать на более тесный контакт. Хотя может это пока. Если бы он не был в курсе моей операции, то может и продолжал бы в том же духе.
На столе перед охранником лежит большая коробка, упакованная в яркую, блестящую бумагу зеленого цвета. К коробке прикреплен запечатанный конверт.
— Или здесь смотрите, что внутри, или заберёте на выходе вечером, — произносит пожилой охранник запрокидывая назад голову, закапывает капли в нос, громко прочищает горло.
— Я здесь посмотрю, — отрываю от коробки конверт, вынимаю лист вырванный из блокнота небольшого формата.