— Миш, я думаю варианты всегда есть…
По кухне разносится громкий звонок его телефона
— Да, доченька!
По ту строну трубки звучат тоненькие всхлипы.
Дорогие друзья, я завела сообщество в ВК. Постепенно буду наполнять его информацией. Если вам интересно мое творчество, приглашаю присоединиться к моему авторскому сообществу. Визуалы персонажей, промокоды и актуальная информация теперь будут размещаться там. Вступить можно по ссылке в радетеле «Обо мне».
Поздравляю всех мамочек с днем Матери. Завтра и послезавтра на моих книжных мам Иру и Юлю будет действовать 35% скидка на «Мой долгожданный», «Моя долгожданная».
Душевная тошнота — это такое поганое, всепоглощающее чувство. Чувство, которое жрет изнутри и снаружи одновременно. Внутри… оно медленно, с особым мазохизмом, как хищная птица выклёвывает сердце. Снаружи… заживо сдирает кожу, заставляя гореть в аду, в котором черти щедро осыпают солью раны.
— Тебе, наверное, хватит, — Ира осторожно забирает стакан из моей руки, ставит на стол, отодвигая подальше.
Мне не хватит! Ни хера мне не хватит!!
Я не пьянею. Я абсолютно трезв и абсолютно трезво вижу ее. Надя до сих пор стоит перед моими глазами. Она изменилась, но не узнать ее невозможно. Я узнал бы ее из тысячи, из миллиона женщин, пусть прошло бы не восемь, а пятьдесят восемь лет.
— Давид… хватит, пожалуйста, хватит, — Ира садится ко мне на колени, трется ласковой кошкой, пытается заглянуть в глаза, тянется к губам.
Запрокидываю голову назад, выдыхаю.
— Пойду, проветрюсь, — ссаживаю ее с коленей. Подхватываю со стола ключ от мотоцикла, набрасываю на плечи куртку.
— Давид, ты выпил! — Ира идет за мной следом, цепляется за руку, пытаясь отнять ключ.
Не реагирую на ее протест, обуваюсь.
— Да, сколько можно! — взрывается она. — Что ты творишь?! Убиться хочешь?! — становится спиной к двери, загораживая проход. — Давид, прошу, прекрати! — по ее щекам катятся слезы. — Ну хочешь, я тебе ребеночка рожу. Хочешь? — снова обхватывает меня руками, жмется щекой к груди. — Скажи, что хочешь! Я тоже очень хочу ребенка, Давид! — плачет.
Это сейчас алкоголь меня не берет, а неделю назад он развязал мне язык. Да так развязал, что Ира теперь в курсе всего, что происходило со мной до заключения.
— А мужу почему тогда не родила?
— От него не хотела, а от тебя хочу, — всхлипывает.
Вот и она от меня не хотела. Моего ребенка она убила и родила дочку другому.
Почему она так поступила со мной?
Ведь если бы не та переписка, не было бы этих восьми лет. Я приехал бы домой, уничтожил бы деньги, отдал долг и забрал бы ее. Не будь я так взвинчен, я нашел бы слова и объяснил бы Андрею, что это за деньги. Он ведь пытался со мной поговорить.