На самом деле статья была хвалебной, но уж слишком сказочной. В ней я спасал заложников перестреливаясь с генералом из пулемётов, а заодно фехтовал с гвардейцами, которых порубил в капусту. Ну, что взять с человека, который несколько суток находился в заложниках, плохо спал и ничего не ел? Причем, все остальные невольные свидетели моего утреннего «геройства» твердили журналистам, бравшим у них интервью, нечто подобное. Особо выделились женщины-депутаты, добавив изюминки в статьи своими воспоминаниями про «реки крови и горы трупов», которые оставались за спиной барона Хухты, когда он добирался до главного мятежника.
Работай бы сейчас слаженно весь правительственный аппарат и, цензура бы точно не пропустила эти статьи. Но все чиновники сидели по домам. Не говоря уже про цензоров.
Эту статью тут же подхватила и региональная пресса. И даже один ушлый ведущий зачитал её в ночных новостях проводного радиовещания. В общем, к утру про мои геройства знала уже вся Финляндия, что сразу же вышло мне боком.
Ни свет ни заря позвонила Татьяна и почти полчаса выносила мой сонный мозг своими претензиями и переживаниями. В какой-то момент мне надоело ей поддакивать, и я просто повесил трубку и, для надёжности обрезав пукко телефонный провод — завалился спать дальше. Но через два часа припёрся младший Эркко, который, не дозвонившись, лично принёс стартовые экземпляры моих новых книг на английском.
— Матти, только не надо его казнить! Не бери грех на душу! Он же всё-таки твой племянник! — громкие просьбы старшего Викстрёма, выдернули меня из воспоминаний и вернули на грешную землю.
— Полковник Викстрём! Что за цирк со стоянием на коленях вы тут устроили? Немедленно встать! — проорал я, зная великовозрастного братца как облупленного.
Если с ним начать сюсюкаться, то будет ещё хуже. Проще построить его.
— Так точно, господин генерал-губер… Ой! Извините, ваше светлость…
— Высочество, — поправил его Артур Усениус.
— Высочество? А. Ну, да. Точно. Я просто… — окончательно стушевался командир Улеаборгской пограничной бригады.
— Так, все нормально, брат, — похлопал я родственника по плечу. — Для тебя, я всё тот же малыш Матти. Ну, а что касается Андреаса, то зачем мне его казнить? Пусть у него и были дурные намерения, но он ничего совершить и не успел, влетев в заботливо подготовленную Артуром засаду, — кивнул я на своего безопасника. — Но и отпустить просто так я его не могу. Он всё-таки участвовал в мятеже. Поэтому сошлём его на несколько лет на остров Медвежий. Там как раз освободилась должность начальника электростанции. Что скажешь, Андреас?