— Кстати, ты теперь тоже — высочество, — ухмыльнувшись, поставил меня в известность старший Романов. — Ведь после передачи тебе титула ты теперь являешься правителем Финляндии, а значит — монархом.
— Но ведь Михаил Александрович назвал меня сиятельством, — попытался я возразить.
— Брат устал, вот и оговорился. К тому же, его подготовка как цесаревича была очень давно, он мог и позабыть эти нюансы.
— Мой диктатор, так что с формой? — вновь напомнил о себе Тойво, вырывая меня из воспоминаний.
— Лучше русскую форму. Чтобы особо не выделяться на фоне великих князей. Но это потом, после завтрака. Ты лучше скажи, новости из Гельсингфорса были?
— Да, час назад пришло сообщение, что полковник Вильгельм Теслефф освободил всех студентов и сдался.
— Прекрасная новость, — прокомментировал я и, прихватив пушистое махровое полотенце, отправился в душевое отделение вагона.
Оба великих князя нашлись в салоне, как и сказал Антикайнен. При виде меня Николай Александрович оторвался от чтения «Таймс», разложенной на газетном столике и поздоровался первым. Михаил же ограничился простым кивком.
— Знакомитесь со свежей прессой? Вам в Александровский дворец газеты не доставляли?
— Время от времени кто-то привозил кой-какие издания, но английских газет мы не видели давно. Кстати, мой мальчик, а у тебя в Лондоне случайно нет недвижимости? — вкрадчивым голосом поинтересовался бывший царь.
«Сейчас будут грабить» — пронеслось у меня в голове.
— Да, Николай Александрович, есть ряд зданий, выкупленных как мною лично, так и моей компанией. А что случилось? Король Георг же предоставит вам жильё на первое время.
— Это не мне. Вон, мой младший брат, не хочет жить вместе с моей семьёй…
— Никки! Ну зачем ты? — возмутился Михаил Александрович. — Я бы и сам решил эту проблему.
— Михаил Александрович, насколько я знаю, у вашей семьи есть арендованные на пятьдесят лет особняки в центре Лондона. Вы можете поселиться там, — решил я увести опасную тему от моих домов.
— У нас есть особняки? — удивился Николай II, ответив вместо брата.
— Да. Ведь именно министерство двора в 1901 году продлило аренду двух домов по адресу Чешем-Плейс 30 и 31.
— А! Я понял! Это наше посольство. Но причем тут мы?
— Аренда была продлена из ваших средств. Договор заключал Владимир Борисович Фредерикс, который находится в этом поезде. И по английским законам — это ваши дома до 1951 года. Если новая власть в Петрограде хочет иметь посольство в Лондоне, то им следует перезаключить договор и арендовать что-то своё.
Уж пусть лучше на меня Родзянко злится, чем я кого-то из этих двоих в свои дома впущу. Потом же не выгонишь. А у меня на той же Чешем-Плейс — целых два особняка. В одном живут родители и младший брат Татьяны, а в другом, выкупленном недавно у виконта Вуда, размещается моё торговое представительство. Хотя, можно ведь им и компромиссное решение предложить. Ведь помимо посольства в Великобритании, ещё и другие арендованные царским правительством здания.