— А ещё там острова есть. Поставит там кто-нибудь пушку и начнёт стрелять в наш дом. А мне что потом? Волосы на себе рвать и локти кусать от того, что не смог вас защитить?
— Ты меня пугаешь, Матти. Что, всё настолько плохо?
— Я не знаю, Тань. Может, я и дую на воду. Но лучше так. И это я тебя ещё не пугаю. Я вызвал Якова Кута. Он самый опытный пилот в княжестве и мой друг. Его самолёт будет находиться в постоянной готовности на аэродроме возле горы. Если, не дай Вяйнямёйнен, со мной что-то случится, охрана погрузит тебя в самолёт и Яков отвезёт тебя в Англию, к родителям.
— Да пусть катится куда подальше этот твой Вяйнямёйнен. Ты что такое несёшь? Что с тобой может случиться? — Татьяна резко шагнула ко мне, обняла и расплакалась.
— Матти, машины готовы, — тихим голосом произнёс Ялмар Стрёмберг, неслышно войдя в мой кабинет.
— Спасибо, Ялмар. Довези их в целости и сохранности до «Рассветной горы», — попросил я друга, продолжая гладить по волосам всхлипывающую у меня на плече супругу. — Татьяна, пора. Бери сына и поезжай, не рви мне сердце.
— Обещай, что не умрёшь, — супруга оторвалась от моего плеча и посмотрела мне прямо в глаза.
— Обещаю, золотце. А ты обещай слушаться охрану. Хорошо?
— Да, — согласилась она со мной и, потянувшись, поцеловала в губы. — Проводишь нас?
— Конечно…
Как только за отъезжающей колонной закрылись ворота, я тут же проследовал обратно в дом. Нужно было отдать распоряжения слугам и охране, а также собрать кой-какие вещи. Ближайшую неделю мне точно предстоит ночевать на службе в департаменте. Ситуация в Петрограде стремительно ухудшалась. Я, от слова — совсем, не помнил хронологию и события февральской революции. В школе мы учили только про октябрьскую. Может, я что-то и читал в своём первом мире в википедии про эти события, но память отказывалась помогать мне.
В конце февраля случилось немыслимое с моей точки зрения. Великие князья Михаил Александрович, Кирилл Владимирович и Павел Александрович подписали проект манифеста «О полной конституции русскому народу» и, опубликовав его в нескольких столичных изданиях, потребовали от царя принять его. Николай II проигнорировал требования своих родственников и спокойно укатил на фронт.
Между тем, события в Петрограде накалялись. Позавчера пришли сообщения о начале разграбления лавок и булочных. Полиция после нескольких неудачных попыток остановить погромщиков самоустранилась. Министр внутренних дел Хвостов отдал приказ о введении в город войск. Но ему подчинились только казачьи части. Гвардия и запасные полки остались в казармах, следуя приказам военного коменданта столицы генерал-майора Калантарова, протеже одного из великих князей.