А, кроме того, я знал, что как только войду в город, стража вручит мне заказ от властей. Заказ, от которого ещё можно будет отказаться. Вот только пройдёт совсем немного времени, и я смогу покупать и продавать, а главное — рассчитывать на пайку еды и крышу над головой — лишь с таким заказом на руках.
Рано или поздно все, кто остался в городе, окажутся на стенах. И мне, в отличие от них, будет проще. Я знаю, что будет происходить — уже один раз видел. И понимаю, как обустроиться даже в осаждённом демонами городе.
А многие люди будут метаться. Будут требовать. Будут искать выход, пытаться бежать и прятаться. Но голод и жажда загонят на стены всех, кто способен держать оружие.
Потому что так велит Закон Песков. Потому что для выживания людей надо пролить гораздо больше крови, чем для того, чтобы пробудить Дикий Шёпот.
Я тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Они были лишними, они были несвоевременными. Развернувшись, я отправился к своему тенту.
Крестьянская семья уже не спала. Сложно спать, когда вокруг на разные лады воют сотни людских голосов. Отец семейства, замерев, глядел на меня пару ударов сердца. А потом упал лицом на песок, вытянув вперёд натруженные руки:
— Спасибо! Спасибо тебе! — повторял он, пытаясь подползти ближе.
В одной ладони у него были те самые монеты, которые я оставил за охрану тента. В другой — его собственный полупустой кошелёк.
Следом за отцом семейства, на песок упали подростки, понукаемые матерью. А затем и она сама присоединилась, повторяя за мужем слова благодарности.
— Хватит, — сказал я. — Поднимитесь.
— Спасибо вам! Вы спасли нас! — продолжали они.
— Поднимитесь! — добавил я железа в голос, заставив крестьян оторвать лица от песка.
Они смотрели на меня затравленными взглядами. Видимо, не понимали, что им делать, если благодарить не разрешают.
— И деньги убери, — спокойно посоветовал я отцу семейства. — Ты на что семью кормить собрался в пути?
— В пути? — удивился тот, стряхнув со лба налипший песок.
— Войдёшь в город — и больше не выйдешь, — пояснил я, кивнув в сторону, где располагался Илос. — Этого ты хочешь для семьи?
— Но что нам делать? — занервничала женщина, сцепив руки у груди.
— Сами решайте, — ответил я. — Но будь я на вашем месте, сейчас бы вернулся домой. Если вам, конечно, не в сторону Золотой Воды. А дома собрал бы весь скарб, и бежал отсюда без оглядки. Как можно дальше. Ясно вам?
— Ясно! Ясно! — закивали отец семейства с женой.
— Спите уже. Всё закончилось… — буркнул я, направляясь к шатрам Дархана.
Старик тоже успел проснуться. Он сидел рядом с костром, а Хадиза вновь заваривала ремит. Их сыновья и зять были рядом, по-прежнему не спеша убирать оружие. Между их лагерем и повозками лежали три трупа нищих из Песчаного круга.