— У тебя есть верёвка — используй её, чтобы спуститься на несколько этажей, — нашёл решение Ронин. — Подгадай момент, когда они будут близко к крыше.
— Понял тебя, — ответил я и сорвал с рюкзака бухту капроновой верёвки.
Привязываю её к вентиляционной трубе и скидываю с крыши.
Альпинист я такой себе, особенно когда речь идёт о промышленном альпинизме, но думаю, на пару десятков метров спуститься смогу.
Мои явные недоброжелатели вошли в подъезды около трёх минут назад, поэтому они сейчас где-то на полпути, если торопятся.
Выжидаю ещё минуту и начинаю спуск.
Верёвки всего на двадцать метров, поэтому спуститься я смог только на шесть этажей. Тремя ударами ног сношу стеклопакет и оказываюсь на кухне довольно-таки заряженного состояния квартиры.
Тут всё сделано со вкусом, в чёрном и белом цветах, с мраморной столешницей и умным холодильником, явно, какого-то крутого бренда. Всё портит только то, что квартиру вынесли, а кухню разграбили.
В Новокузнецке мы занимались примерно тем же, когда я состоял в БрАВО-6 — вернее, должны были заниматься, если бы не обвал подъезда…
По ощущениям, это происходило будто лет пять назад, но ещё даже полгода не прошло. Наверное, виновата слишком высокая плотность событий — после зверопокалипсиса у меня в месяц происходит ярких событий больше, чем за год до.
Выглядываю из-за приоткрытой квартирной двери, оборудованной магнитным замком и сканером отпечатков пальцев, в подъезд. Шум откуда-то сверху, а это значит, что нужно спешить.
Чего они привязались конкретно ко мне? Может, это друзья гранатомётчика и его команды?
Так он первым напал на нас. Мы защищались.
Начинаю спуск, держа «Витязь» наготове. СВТ-40 на короткой дистанции особо не применишь, поэтому пусть повисит на спине.
Перепрыгивая по три-четыре ступеньки за раз, очень быстро спускаюсь на первый этаж и выглядываю из подъезда.
Никого.
Сразу же мчу в сторону ТРЦ, но не успеваю пробежать и пары десятков метров, как раздаются выстрелы. Активирую рывок и улетаю на пятьдесят метров вперёд.
— Ох, бля… — выдохнул я, когда чуть не врезался в бетонный забор.
Разворачиваюсь и даю очередь в сторону крыши высотки, с которой по мне и стреляют, а затем делаю рывок вправо и перепрыгиваю через забор.
Бегу по гаражам и активно использую способность, растрачивая запасы гликогена, как в последний день. И этот день может стать последним, потому что одна неудачная пуля и мне конец.
Пробегаю через сгоревшее здание автосервиса и оказываюсь на улице Кирова. Забегаю в переулок между зданиями и бегу к ТРЦ.
— Проф, я ушёл, но была перестрелка! — сообщил я по баофенгу. — Похоже, что никого не зацепил, но и сам ничего не поймал!