Ничего хорошего
*Российская Федерация, Кемеровская область, шахта
Кушеяковская
, 17 октября 2026 года*
— Что делать-то теперь⁈ А⁈ — заорал Щека.
Пастор сел на бетон, у стены, и закрыл лицо руками.
А я впал в ступор. В голову будто ваты набили — я тупо смотрю на свинцовые кирпичи и пытаюсь осмыслить их.
— Есть же ещё хранилища в области… — изрёк я.
— Студик, что за хуйню ты несёшь⁈ — подскочил ко мне Щека. — Какие ещё хранилища⁈ Мы эту дрисню искали всё лето и половину осени!!! Нам пизда!!!
Я крепко задумался.
— Щека, отойдём? — спросил я.
— Куда⁈ — выпучил глаза Щека. — На тот свет, нахуй⁈ Или подышать⁈ Или покурить⁈
— Подышать, — ответил я. — Идём.
Он захотел сказать что-то ещё, но со стороны входа раздался пистолетный выстрел. Повисла тишина, в течение которой Щека набирал воздух в лёгкие.
— Да вы ебанулись тут все⁈ — заорал он и побежал к выходу. — А чё сразу гранатами не раскидываетесь, а⁈ Ох…
Коридоры хранилища — бетонные кишки. Потолки не более 2,5 метров, под потолком вентиляционные трубы, лампы не работают, потому что энергии давно нет.
Иду вслед за Щекой и вижу, что к двум телам присоединилось третье — какой-то офицер, подполковник. Рядом с телом стоит майор Заякин. В руке у мёртвого офицера ПММ.
— Двигай, — сказал я Щеке. — Давай-давай, на выход.
Перед нами штольня — неровный тоннель, выбитый в породе шахтёрами далёкого прошлого. Здесь пахнет сыростью, а на стенах успешно произрастает какой-то грибок, хорошо видный в свете фонариков.
Проходим через штольню и оказываемся на свежем воздухе, уже успевшем пропитаться людским отчаянием. Оглядываюсь по сторонам — всем плевать, никому нет дела ни до нас, ни до наших разговоров.
— Короче, — начал я, стараясь держать себя в руках. — Мы всем городом сыграли в казик, на жопу, и проиграли. Теперь нужно искать остальных и рвать когти.
Меня начинает потряхивать даже от мыслей о скитании по дикой местности — это же просто война нон-стоп, почти без сна и отдыха.
— Да куда⁈ — спросил Щека.
— Да хоть куда! — выкрикнул я. — Ты хоть представить себе можешь, что будет дальше, Щека?..
Он сдержал резкие и эмоциональные слова, которые, судя по выражению лица, хотел высказать мне. Вместо этого он сумел подумать над моими словами.
— Представляю… — тихо ответил он.
— Когда все узнают, что хранилища не будет, начнётся жесть, — объяснил я, на всякий случай.
— Да понял я! — раздражённо выговорил Щека. — И куда ты предлагаешь валить?