Пытаюсь дотянуться до плеча, но быстро понимаю, что это невозможно.
— Студик!!! — крикнула Лапша.
— Студик, брат!!! — воскликнул Щека.
Они примчались ко мне и начали рассматривать когти, торчащие в моих плечах.
— Что делать, блядь⁈ — запаниковал Щека.
— Вытащите, блядь… — ответил я. — Не могу начать форсреген…
Первой очухалась Лапша. Она подлетела ко мне, извлекла нож и начала резать лапы орла.
Это причиняло мне острую боль, но я терпел.
Кровопотеря — высокая .
Меня капец как греет мысль, что есть форсреген и эти невыносимые мучения закончатся сравнительно быстро.
Плохо, что я быстро вытекаю — до завершения форсрегена можно и не дожить…
Наконец, Лапша закончила извлечение когтей и я с облегчением зажал кнопку форсированной регенерации.
Время до завершения форсированной регенерации — 1 час 34 минуты .
— А ну оружие положил, сын шлюхи!!! — рявкнул Щека.
— Да чё я… — начал кто-то.
— Завалил ебало!!! — перебил его Щека. — Уронил ствол!!! Отпнул!!! Лёг на землю!!! Считаю до трёх!!! Молодец, сынок!
— Ты как? — обеспокоенно спросила Лапша.
— Честно?.. — спросил я. — Хреново…
Судя по звукам, Щека забрал оружие неизвестного мужика.
— Спасибо вам… — сказал мужик. — Я… По гроб жизни… И, ну… это… я пойду?.. Можно?..
— А вот тут ты хуй угадал, сынок, — усмехнулся Щека. — Ты поедешь с нами, до выяснения, как любит говорить один наш хороший друг!
— Но что я сделал?.. — спросил мужик.
— Тебя как зовут? — спросила его Лапша.
— Евгений, — представился он. — Евгений Бурцов. Можно я пойду? Пожалуйста?
— Нет, сейчас это невозможно, — покачала головой Лапша. — Мы не желаем тебе зла, Евгений, но нам нужна информация.
— Да я ничего не знаю особо… — ответил он на это.
— Женечка, сынок, Студик ради тебя чуть не сдох только что, — сообщил ему Щека. — Либо ты сейчас едешь с нами, либо я пробью тебе башку прикладом. Выбор за тобой.
— Да, я еду, — ответил Евгений.
— Хороший мальчик, — улыбнулся Щека и, судя по звуку, похлопал его по плечу.
Это ошибка. Ананас говорил, что нельзя приближаться к обезоруженным непонятным дядям и тётям. Но Бурцов ничего не предпринял.
— Тебя кантовать можно? — спросил Щека.
Это словечко он подхватил у Фазана. Фазан богат не только на матерные поговорки, но и на странные словечки, которые уже давно никто не использует.
— Не надо, — медленно покачал я головой. — Обе ноги сломаны — нужны шины. Но их наложите минут через десять, как промедол заработает. Бля, я так заторчу от него, если буду часто попадать в такие пиздовороты…
Лапша сначала расстегнула мою разгрузку, а затем дёрнула за тросики системы быстрого сброса моего бронежилета. Далее она распечатала перевязочный пакет и заткнула мои раны, чтобы я не вытек раньше времени…