Мне отсыпало за этот бой 9607 очков опыта, что очень много, но, как и в предыдущие разы, когда мне щедро отсыпало опыта, я не хочу повторять такой капец снова. Я ведь думал, что умру сегодня, потому что сразу после взрыва мне казалось, что всё, докатались.
Я взял сразу два уровня и поднялся с 40-го по 42-й. Развитие медленное, потому что интервалы между уровнями идут на тысячи очков опыта.
Два очка характеристик решаю вложить в «Термоконтроль», потому что зима близко — во-первых, а во-вторых — лучше приготовиться к следующему повышению «Энергетического уровня» заранее. Но я больше исхожу из резона зимы.
Теплых мест для зимовки никто не гарантирует, может быть, нам придётся часто морозить задницы за городом — кто знает, как всё сложится? Вот и я не знаю, поэтому подстраховываюсь.
Да и вообще, всё уже, исходя из сегодняшнего опыта, складывается, мягко говоря, не очень.
Смотрю на итоговую статистику:
— Иди на крышу, — попросил Проф. — Посмотри, что творится вокруг.
— Окей, — кивнул я и поднялся с кресла.
Поднимаюсь на пятый этаж хрущёвки и взбираюсь по стремянке, поставленной под люком на крышу.
Наверху уже сидят Фура и Ронин.
— Как рука? — спросил я у последнего.
— Приемлемо, — ответил он. — Но стрелок из меня теперь неважный.
— М-хм… — хмыкнул я. — Ничего страшного. Если что, прикроем.
Подхожу к ограждению крыши и рассматриваю улицы.
На противоположной стороне холодно, из домов тепло никуда не просачивается, что означает лишь то, что там его нет — в Новокузнецке мне нравилось определять, живёт ли в доме кто-нибудь — по теплопотерям, хорошо видимым через ИК-зрение.
Это очень надёжный способ выявления постоянного обитания людей, даже если нет отопления — когда в квартире кто-то просто находится больше суток, начинается нагрев и идут теплопотери в области швов и окон. В случае старых домов, работает безотказно, а вот всякие новостройки, со стеклопакетами и современной теплоизоляцией, конечно, всё портят.
В брошенных машинах тоже холодно. Уже темнеет, поэтому я активирую УФ-зрение, чтобы посмотреть на наличие следов поблизости. Видны следы засадников, которые активно шастали тут около трёх-четырёх часов назад, плюясь и сморкаясь, бросая бычки и прочий мусор.
Вряд ли они пришли конкретно за нами — когда они уже были здесь, мы ещё не прилетели.
— Что всё это может значить, Ронин? — спросила Фура, прислушивающаяся к окружающему пространству.
— Не знаю, — пожал он плечами. — Но, похоже, что здесь всё хуже, чем я думал.
— Куда мы дальше? — спросила она.
— Нам нужно на Лубянку, — ответил Ронин. — И вообще, в центр — если где-то и сохранилась власть, то там. Хотя… Я не знаю, что делать дальше. Эта группа — непонятно, кто они. Возможно, лучше будет залечь на дно, до выяснения.