— Спасибо.
— Давай пройдём внутрь. — Саппер нажал на панель у двери. Створка отъехала в сторону. Корранец взял Кристину за руку, его огромная мохнатая лапа оказалась удивительно тёплой и бережной. Он прижал её ладонь к считывающему устройству. Панель мигнула зелёным.
— Напоминаю на всякий случай, — пророкотал он, — что у капитана есть мастер-доступ ко всем отсекам. Независимо от введённого ключа. Но от всех остальных дверь закрыта. Чтобы войти, тебе нужно будет просто приложить ладонь. Поняла?
Кристина снова кивнула, осторожно переступая порог. Каюта была крошечной, похожей на тюремную камеру повышенной комфортности. Узкая койка, встроенный в стену вещевой шкаф, у иллюминатора — полукруглый металлический стол, на котором сиротливо светился терминал, похожий на компьютер.
— А там что? — она указала на вторую, более узкую дверь справа.
— Санузел, — пояснил Саппер. — Прими душ, Кристи. Тебе сразу станет легче. А я пока схожу и посмотрю, что из наших запасов не убьёт тебя окончательно…
Корранец тактично вышел, оставив гостью одну.
Дверь с шипением закрылась. Кристина замерла посреди крошечной каюты, обхватив себя руками за плечи. Тишина корабля, нарушаемая лишь мерным, низким гулом двигателей, внезапно оглушила её.
Боже…
Вся та воля, весь тот контроль, на которых она держалась последние дни, дали трещину. Её трясло. Мелкая, крупная, неконтролируемая дрожь била тело. Земли для неё больше нет. Привычного мира больше нет. Есть только ржавые корабли, пернатые уроды на трибунах и монстры, говорящие с акцентом…
Но она должна держаться. Она полицейский. Она выжила на арене. Шейн сказал, что Земля где-то есть. Просто нужно собраться. Нужно верить. Она обязательно вернётся домой. Просто нужно…
— Я сойду с ума… — прошептала Кристина, и по грязным щекам покатились горячие слёзы, оставляя светлые дорожки.
Она прерывисто вздохнула, вытирая лицо тыльной стороной ладони, и заставила себя сделать шаг к двери санузла.
Кабинка была спартанской, но вода… вода была настоящим чудом. Тёплые струи ударили по плечам, смывая красную пыль Гелиодора, запёкшуюся кровь, пот и липкий страх. Кристина оперлась ладонями о стенку кабинки, опустила голову и позволила себе просто стоять, пока вода не начала казаться обжигающей.
Стоило смыть с себя эту инопланетную грязь, как мир перестал казаться кромешным адом. Даже тупая боль в избитом теле притупилась.
Выйдя из душа и наскоро растерев тело жёстким полотенцем, она посмотрела на одежду, оставленную на койке. Очевидно, Шейн заходил, пока она мылась. На кровати лежали серая рубашка из плотной ткани и чёрные штаны со множеством карманов.