— Это другое?
Я понимаю, что он имеет в виду. У меня так с мамой. Именно близкие отношения. Хотя и хорошие тоже. Правда, так было не всегда. Или я просто не вливалась раньше.
— Да, другое, — кивает Данька. – С ней трудно. Трудно разговаривать, трудно молчать. А когда тебе с человеком трудно, это уже не близость. Даже если он родной. Я просто рад, что она есть, и хочу, чтобы у нее все было в порядке.
— У меня так было с отцом. – Морщу нос, он замечает и крепче сжимает мою руку. – Ему хотелось сына. Ко мне относился… очень сдержанно. Отругать – запросто, похвалить, приласкать – нет.
— Совсем не хвалил?
— Очень редко. Запомнила один случай. Класс третий, кажется. Я училась хорошо, но отличницей не была. Математика хуже давалась, еле-еле на четверку, а тут вдруг за контрольную пять получила. Прихожу домой, вся гордая такая. Пап, у меня пять по матеше за контрольную. А он: хорошо. Равнодушно так. Мне обидно стало. Ты меня даже не похвалишь, спрашиваю. А за что, говорит, ты же не дурочка, должна на пятерки учиться.
— О, знакомая песня, — усмехается Данька. – Мать тоже: ты должен, должен, должен. А отец: Ника, отстань от него, он у тебя в долг не брал. А твоя как?
— Моя – железная леди. Спокойная, как удав. Меня это в подростковом возрасте бесило здорово. Я такая была… хотелось эмоций. А она как мумия. Ну, мне так казалось тогда. Даже пыталась что-то специально пакостное сделать, чтобы ее из себя вывести. А потом поняла, что у нее все внутри. И когда поняла, постепенно появилось то самое… о чем ты говорил. Что либо есть, либо нет. А отец… и раньше близким не был, а теперь стал чужим.
Рассказываю о том, как он пытался нагреть маму при разделе имущества. Данька морщится.
— Знаешь, — говорю тихо, — когда в течение одного месяца муж и отец оказываются мерзавцами, запросто можно поверить, что мужики все такие. Одинаковые.
— Нет, это просто закон парных случаев, — возражает он. – Знаешь про такое?
— Эффект Баадера-Майнхоф, — слегка задираю нос, потому что хочется поумничать. Это же моя тема – в применении к рекламе.
Ага, размечталась!
— Нет. — Данька качает головой. – Закон – это про повторение событий, а эффект – про узнавание нового.
В результате весь остаток пути мы обсуждаем ретикулярную формацию мозга, фильтры новизны и глубину фиксации. Это кайф – не меньше, чем от секса!
Вспоминаю его слова о матери: трудно говорить, трудно молчать. А с ним и разговаривать, и молчать одинаково легко. Потому что когда молчим – это тоже разговор, только по-другому.
А еще страшно обернуться назад. Если бы наши родители не встретились, а потом не расстались, если бы мы с мамой не приехали в Питер и не пошли на концерт, если бы Ветер не пригласил нас остаться на банкет…