— Тело, в котором ты находишься, — продолжила Морвена, — принадлежало принцессе Адарис.
Я с подозрением оглядела себя и бедняцкую избу, в которой мы находились.
Морвена усмехнулась:
— Не смотри на убогую обстановку и одежду, Адарис была принцессой павшего королевства. Девять месяцев назад её королевство завоевали, её отца убили, а саму её взяли… как трофей. — Морвена сделала паузу. — Тот, кто это сделал, очень жесток, и Адарис ждала печальная участь, но она нашла в себе силы бежать, а я помогла ей.
Я посмотрела на старуху: она была очень ветхой, и в то же время в ней была какая-то странная сила. Но что-то не стыковалось, и я спросила:
— Этот ребёнок от насильника?
Морвена вновь тяжело вздохнула:
— Да, и Адарис прокляла его, но тогда она не знала, что у неё родится его сын. Откат от проклятия мог лечь на ребёнка, но она забрала его и умерла. Я же поклялась ей, что найду ту, что вырастит её сына.
Я слушала и не верила, но глаза мои говорили о том, что всё это правда.
Морвена указала на ребёнка в корзине:
— Это Лиам, сын Адарис и генерала Лаэрта Драконье Сердце. Теперь он твой сын.
— Постойте. Вы хотите сказать, что я в теле мёртвой принцессы должна растить ребёнка и жить здесь?
— Да. — Морвена наклонилась ближе. — Но ты должна знать, что проклятие Адарис работает, и генерал превращается в чудовище; скоро он станет зверем навсегда. И если это случится, то проклятие перекинется на малыша, как на того, в чьих жилах течёт кровь генерала.
Я с подозрением взглянула на старуху:
— А я здесь при чём?
— Тебе придётся найти способ снять проклятие.
— И что это за способ такой? — Мне показалось, что Морвена знает, но не договаривает.
— У каждого проклятия есть условие, и у этого тоже, — загадочно произнесла она и добавила: — Искупление. Дракон должен искупить свою вину.
— Дракон? — удивилась я: вроде бы речь шла о генерале.
— Это мир, где правят драконы, — произнесла Морвена.
Видимо, информация про драконов оказалась последней каплей, что переполнила чашу моего сознания, потому что голова вдруг закружилась так сильно, что я провалилась в темноту.
Адарис, меньше года назад
Дворец горел.
Адарис стояла у окна своих покоев и смотрела, как языки пламени пожирают восточное крыло дворца — то самое, где всего несколько недель назад она училась играть на клавесине. Она всё ещё слышала замечания учительницы, когда она слегка сбивалась, отвлекаясь на мысли о предстоящем бале в честь дня рождения отца. Собственно, к нему она и готовилась.
Отец как-то пошутил, когда она захотела научиться играть на арфе и у неё ничего не вышло: «Ты принцесса Эларии, дочь моя, но музыкант из тебя никудышный». И теперь ей хотелось доказать ему, что это не так.