– Моя поэтесса рассердилась из-за глупости и на крыльях фантазии улетела в дебри драматургии? – с иронией спрашивает он, обнимая ее за талию.
– У творческих людей свои причуды, Мася, – хитро прищуривается Нина. – Мы – натуры непредсказуемые.
Она встает на цыпочки, закусывает губу и обнимает его за шею.
– Мир?
Нина показывает мне, как она уходит в ванную комнату, а Максим в это время идет на кухню, достает из мусорного ведра листок и скользит взглядом по строкам.
– Лера! – звучит громкий голос Егора, я возвращаюсь в реальность и распахиваю глаза.
Максим обходит Егора и останавливается напротив меня.
Я поднимаю голову, смотрю в его глаза, а он изучает мое лицо так, словно видит его впервые.
– В самолете со мной сидела Варвара, – глядя словно сквозь меня, тихо произносит он. – Перед вылетом она рассказала мне, что тебя ударило молнией, и… после этого ты увидела свою прошлую жизнь.
Он смотрит на меня пронзительно и горько.
– Объясни, что происходит.
Я беру его ледяную руку, приоткрываю дрожащие губы и из моего рта вырывается голос, который не принадлежит мне: он очень красивый и глубокий.
*После ссоры не будет рассвета.
Мы теперь друг для друга никто.
Я оставлю ключи у соседа,
И пойду без оглядки к метро.
Я забуду горячие губы,
Я забуду твой шепот и смех.
Как в обнимку лежали с простудой,
Я забуду. Забуду. Забуду.
И дай бог не решу я однажды,
Через день, или два, или… месяц,
Свить гнездо из твоих рубашек,
И свернуться в нем словно младенец.
Прочитав стихотворение, которое Нина написала в день ссоры, я касаюсь побелевшего лица Максима и вымученно улыбаюсь.
– У творческих людей свои причуды, Мася. Мы – натуры непредсказуемые…
*© Автор: Е. Попова.
Спустя два дня
Егор
– Егорка, а мы точно не опоздаем на поезд? – идя к машине, спрашивает мама. – Нам ведь еще в фонд нужно заехать.
Я захлопываю багажник с ее сумками, гордо поднимаю голову и кладу ладонь на мою белоснежную, спортивную малышку.
– Фильм «Такси» смотрела?
– С-смотрела…
– Так вот, тачка этого таксиста – черепаха по сравнению с моей крошкой, – подмигиваю я, прыгаю за руль и оборачиваюсь назад. – Главное, пристегнись.
Трогаюсь с места и набираю в навигаторе адрес благотворительного фонда, который помог матери собрать деньги на операцию.
– Думаешь, конфет и вина будет достаточно? – спрашивает она. – Они мне жизнь спасли, а я им в благодарность ерунду какую-то.
– А где статуэтка-оберег, которую ты купила в Германии? Ты ж вроде им хотела подарить.
– Так вместе с конфетами и вином в пакете лежит. Только все равно думаю, что этого маловато будет.