Он положил руки мне на талию. Мой мозг кричал: «Беги!», но ноги словно налились свинцом.
— Знаешь, что я думаю? — он наклонился к моему уху, его губы почти касались мочки. — Я думаю, что ты всё это время ждала этого момента. Ждала, когда я найду тебя.
Это было последней каплей. Самоуверенность этого человека, его убежденность в том, что весь мир вращается вокруг его персоны, вызвали во мне волну ледяного спокойствия.
Я медленно повернулась в его руках. Теперь мы стояли так близко, что я видела каждую ворсинку на его рубашке, каждую крошечную морщинку в уголках его глаз.
— Ты хочешь знать правду, Руслан? — я посмотрела на него с той самой жалостью, с которой смотрят на неизлечимо больных. — Ты думаешь, я жила местью? Или ожиданием? Нет. Пять лет назад я умерла для тебя. Но та девушка, которую ты знал, оставила мне прощальный подарок.
Он нахмурился, его хватка на моей талии ослабла.
— О чем ты?
Я улыбнулась — горько и торжествующе. И произнесла слова, которые когда-то слышала от «той самой» Полины, когда мы еще были счастливы и планировали будущее, сидя на этом самом ковре перед камином.
— «Ты никогда не увидишь того, что могло бы стать твоим величайшим сокровищем, Руслан. Потому что ты не заслуживаешь даже его тени». Помнишь? Мы читали это в той старой пьесе.
Руслан застыл. Его лицо побледнело, он отшатнулся от меня так резко, будто я превратилась в змею.
— Откуда… откуда ты это взяла? — его голос дрогнул.
Эта цитата была нашей личной шуткой, нашим секретным кодом. Я произнесла её в тот вечер, когда мы в шутку спорили, кто больше любит другого.
— Просто вспомнилось, — я поправила жакет и начала сворачивать чертежи. — Видимо, старые призраки этого дома заговорили.
Руслан смотрел на меня так, будто видел перед собой привидение. Его подозрение, до этого момента бывшее лишь туманным чувством, внезапно обрело четкую, пугающую форму. Он не просто узнал во мне Полину. Он почувствовал, что я скрываю от него что-то фундаментальное. Что-то, что может перевернуть его мир.
— Уходи, — хрипло сказал он, отворачиваясь к окну. — Убирайся, Полина.
Я не заставила себя просить дважды. Я вылетела из кабинета, едва не сбив с ног Олега, который стоял в коридоре.
— Полина Сергеевна, вас подвезти? — спросил он, глядя на меня с нескрываемым любопытством.
— Нет, я вызову такси! — бросила я на ходу.
Уже сидя в машине, я прижала ладони к пылающим щекам. Меня трясло. Я перешла черту. Я дала ему зацепку, которую он теперь не оставит. Громов — ищейка. Если он почувствовал след, он не остановится, пока не вскроет всё мое прошлое, слой за слоем.