Я смотрела на Деймоса и понимала — вот он. Момент, который решит всё. Сейчас или никогда. Простить или потерять навсегда.
Я не хотела терять дракона. Поэтому опустилась перед мужчиной на колени, так что мы оказались на одном уровне.
— Ты дурак, — прошептала я.
— Я знаю, — ответил Деймос.
— Самый большой дурак в этом королевстве.
— И во всех соседних, — согласился дракон.
— Но я люблю тебя, — сказала я, и слёзы снова полились по щекам, но теперь это вырвалось наружу облегчение. — Люблю, Деймос. И я, кажется, тоже не умею прощать. Но ради тебя — попробую.
Мужчина выдохнул, схватил меня за руки, прижал к своей груди — туда, где билось сердце.
— Спасибо, — сказал дракон. — Я не заслуживаю этого, но я сделаю всё, чтобы оправдать.
— Для начала — вставай, — я попыталась улыбнуться. — Ты позоришь меня перед рыбаками.
Деймос рассмеялся и поднялся, увлекая меня за собой. Мы стояли, обнявшись, посреди пристани, а вокруг аплодировали.
Я оглянулась: Томас грустно улыбался, женщины с рынка вытирали слёзы, дети прыгали на месте. Тётушка Лора — откуда она только взялась? — стояла с краю и смотрела на меня с такой гордостью, будто это она вырастила меня и выдала замуж за самого лучшего жениха.
— Кажется, теперь весь город будет знать, — пробормотала я, пряча лицо у него на груди.
— Пусть, — сказал дракон, целуя меня в макушку. — Я хочу, чтобы все знали. Ты — моя. И я — твой. Навсегда.
— Навсегда, — повторила я, и это слово показалось самым правильным из всех, что я знала.
Всю обратную дорогу от пристани до моей лавки Деймос не выпускал моей руки. Дракон шёл рядом, сжимал пальцы, и я чувствовала, как мужчина то и дело бросает на меня короткие взгляды — словно проверял, не исчезла ли я, не растворилась ли в вечернем воздухе, не оказалась ли сном, от которого он вот-вот проснётся. Я не исчезала. Шла, смотрела под ноги, слушала, как гравий хрустит под сапогами — и своими, и его, — и думала.
Два месяца. Дракон искал меня два месяца.
Эта мысль грела и царапала одновременно. С одной стороны — мужчина не забыл, не бросил, не махнул рукой. С другой — где дракон был всё это время? Почему не нашёл раньше? Почему я должна была страдать столько ночей, заливая подушку слезами, в то время как Деймос, мог бы облететь королевство за неделю?
Мы остановились у калитки. Мой маленький домик стоял, уютно подсвеченный закатом, и из трубы тянуло дымком — Лили, наверное, затопила печь, как я просила.
— Вот, — сказала я, кивнув на дом. — Моё новое жилище.
Дракон оглядел домик, и я увидела, как его глаза — серебряные, с вертикальными зрачками — расширились. Не от удивления, нет. От чего-то другого, более глубокого.