Другой офицер, отвечающий за разведку, вторил ему: — Они знают город лучше нас. Появляются в запертых кварталах, уходят через давно заваленные катакомбы. Наши стандартные методы перекрытия улиц против них бесполезны. Мы теряем людей впустую.
Я слушал их, и мои кулаки сжимались под столом. Каждое их слово складывалось в уже знакомую мне картину. Гнилая магия, способная ранить даже дракона. Знание тайных ходов, доступных лишь тем, кто вырос на этих улицах. Я пытался найти другой ответ, перебирал в уме все возможные варианты, но каждый раз мысль возвращалась к одному и тому же. К ней.
Единственный человек во всем королевстве, который знал тактику Лориана изнутри. Единственный, кто мог предсказать его следующий шаг.
Я поднялся, резко оборвав очередного докладчика. — Свободны, — бросил я офицерам. — Ждите моих приказов.
Когда за последним из них закрылась дверь, я остался один посреди зала, заставленного картами и планами. Меня душила злость. Глухая, бессильная злость на судьбу, на эту злую иронию. Я, наследный принц, командир элитного отряда, опять оказался в зависимости от ведьмы. Это был удар по моей гордости, по всем моим принципам. Я ненавидел саму эту необходимость.
Мирра
Я сидела у высокого окна, глядя на далекие огни города. Отсюда, из тишины и безопасности, ночные события казались дурным сном. Но фантомное чувство падения и холод его чешуи под моими ладонями напоминали, что все это было правдой.
Дверь отворилась без стука. Я не обернулась. Я знала, кто это.
Тайрен вошел в комнату, и воздух мгновенно стал плотным, наэлектризованным. Он остановился в нескольких шагах позади, и я чувствовала его взгляд на своем затылке. Тишина длилась несколько долгих мгновений. Наконец я медленно повернулась.
Он выглядел уставшим, под глазами залегли тени, но стоял прямо, как натянутая струна. Взгляд его золотых глаз был холодным, как сталь зимним утром.
— Лориан и его выродки теперь дичь, — произнес он без всяких предисловий. Его голос был ровным, лишенным эмоций. — А я — охотник.
Он сделал шаг ближе.
— Но ты знаешь где находятся их норы. Знаешь их яд. Ты нужна мне.
Последние два слова прозвучали так, будто он вырвал их из себя с усилием. Он смотрел прямо на меня, и я видела в глубине его глаз нечто большее, чем просто приказ. Отчаяние. Он пришел потому, что у него не осталось выбора. И в этот миг я поняла, что расстановка сил изменилась.
Он выдержал мой взгляд, и его челюсти едва заметно сжались.
— Ты будешь моим оракулом, ведьма, — продолжил он, и в его голосе зазвенел металл. — Будешь присутствовать на каждом совете. Ответишь на каждый мой вопрос. Но ошибешься хоть раз — намеренно или нет — и я найду тебе другое применение.