— Попить хоть можно?
— Попить можно, только немного.
Вторая девушка взяла ёмкость с длинным изогнутым носиком и поднесла его край к моим губам. Я втянул жидкость и застонал от блаженства. Вода смочила язык, нёбо и глотку, попала в желудок.
— Три глотка и всё, — сказала первая.
— О-о-о! — застонал я от блаженства. — Волшебная жидкость.
Девушки что-то проверяли в выходящих из приборов лентах, сверяя их с какими-то книжками, типа брошюр или тетрадей. На некоторых удалось узреть гриф «ДСП».
— Биоэнергетическое сканирование, млять! — подумал я. — Устроить бы вам тут «армагедон» и сжечь нахрен все ваши приборы. Но… Не время! Не время! Приборы-то, скорее всего, наши. Хоть и надписи на них немецкие. Государственное — хотел сказать «народное», но передумал — имущество выводить из строя — государственное преступление. Низя-низя-я-я…
— Что тут у них, Флибер? Плазмоиды здесь есть?
— Плазмоиды везде есть, — буркнул Флибер. — Они существа без определённого места жительства. В смысле, без привязки к материальному миру.
— Ну, так и что я ещё ничего не вижу? — возмутился я.
— Сейчас увидишь. Привязать тебя нужно к ним. Переподключить первую матрицу. Перепрошить твой коммуникатор. Готово.
Я увидел себя, как бы, со стороны. Со всех сторон сразу. Удивительное возникало ощущение, когда, концентрируясь на одном ракурсе, в «тень» отступали другие.
Это не была Москва и не Россия, понял я, когда «вознёсся» взором на достаточную «высоту», чтобы определить континент.
— Всё-таки США, — вздохнул мысленно я. — Ну, тем хуже для них.
Место, где располагался этот исследовательский центр находился на севере восточной части Северной Америки. В штате Огайо. Я знал эти штаты: Иллинойс, Индиана, так как они были самыми близкими к большим озерам штатами. В одной из жизней я провёл много времени на озере Эри, проживая в Кливленде, который считался одним из ведущих центров здравоохранения, а также научных исследований в области медицины и биотехнологий в США. В нём была Кливлендская клиника (медицинский научно-исследовательский центр и клиническая больница). Но меня в нём не было.
Я находился чуть юго-западнее Кливленда. Подписей, хе-хе, на моём «атласе» не было и я не знал названия своего точного местоположения. Но я знал главное, что это территория потенциального противника, и сие знание несколько «развязывало» мне, хе-хе, пока ещё связанные руки. Однако меня смущало, что медицинские работники разговаривали по-русски. И ещё, что меня смутило, это, как мне добираться домой, если я, чего доброго, сбегу.
— Ха! Челнок! — вспомнил я. — Ха-ха! Это я здорово придумал взять его с собой! Теперь он будет прыгать вслед за мной по любым мирам, куда я совсем не имею желания скакать.