Когда я пришёл в себя голова слегка кружилась, а поэтому кровать, на которой лежало моё тело раскачивалась и намеревалась встать вертикально. Хотела поставить меня ногами вверх, да. Я открыл глаза, увидел над собой потолок, побеленный известью и стабилизировал положение тела. Солнце пробивалось через занавески в цветочек.
— О! Почти как мои на плавбазе, — подумал я с теплотой. — Те — ещё бабушкины. Не забрал, жаль.
— Очнулся? Хорошо, — сказал «голос». — Рассказывай про точки входа и выхода.
— Подожди, — сказал я. — Ты говорил, что переносил, э-э-э, «первого» в параллельные миры и, что он сам тоже научился, э-э-э, прыгать. А я? Могу научиться?
— Не думаю, — с сомнением проговорил «некто». — Хотя… То, что произошло, мне не нравится. По логике вещей получается, что этот мир первичнее того, где находится «первый». А из этого следует, что отсюда можно попасть в любой из тех миров, без изменения этого. Ты что-то нарушил в той системе, что создал я. Надо разбираться. Вот вернусь туда и тогда всё станет ясно.
— Станет ясно и что?
— Как что? Я же говорил, что те миры, которые мной открыты, я вынужден поддерживать энергетически. Хотя… Сейчас там на орбите энергетическая станция, снабжающая систему миров силой, и электричеством мир «первого». Однако, раз сюда закинуло меня, то что там вообще твориться я не знаю. Меня, видишь ли, там отключили. А кто — сие пока не ведомо. Не иначе, как «конкурирующая фирма», как у вас говорят.
— Слушай, давно заметил, что ты, будучи инопланетным разумом, разговариваешь очень по-людски. «Сие»… «Конкурирующая фирма»…
— С кем поведёшься, от того и наберёшься, — буркнул «голос». — Сам не замечаешь, как разговариваешь? А «первый», тот вообще, нахватался всякого, как собака блох.
— Но, откуда он взял это: «сие»?
— Откуда-откуда? Оттуда! В прошлое мы с ним «ходили» далёкое. Во времена Ивана Грозного. Всё ему хотелось посмотреть на первого самодержца.
Тон «голоса» был неприятно саркастическим.
— И что? — спросил я, поражённый донельзя.
— Что-что? На бочку с порохом его посадили и…
— Мама дорогая!
— Ага. Предупреждал я его, что не надо к царю на прием напрашиваться с идеями всякими. Не послушался.
Я задумался о возможностях исследования прошлого.
— Какой из тебя исследователь? — спросил «голос». — Ты же не историк. Любопытство это у тебя, а любопытной Варваре, что?
— Ну да… Ну да… задумчиво проговорил я. — Так ты, значит, уходишь и никогда не вернёшься.
— Никогда не говори никогда, — буркнул «голос». — Говори уже про точки бифуркации.