Слова были сказаны, все собравшиеся переглянулись одобрительно, молча кивнули. Это было не условие, а пусть немного завуалированный, но прямой приказ лишить жизни — как императрицу, так и ее сына. Жалости в сердцах ни у кого не оставалось — она исчезла с того момента, как приняли в Выборге новую присягу. А это, как не крути, самая страшная ставка в борьбе за трон, где проигрыш равносилен смерти, ибо человеческая жизнь тут ничего не стоит, разменная монета, поставленная на ребро загулявшим посетителем в приморском кабаке.
Но и награда за викторию будет соответствующая, до которой в обычное время нужно прошагать по служебной лестнице долгие годы, если не десятилетие. А за такой неслыханный прежде куш, всегда найдется немало желающих рискнуть не только чужой смертью, но и собственной жизнью, подставляя ее под картечь или разящий удар шпажного клинка. Потому и говорят в «лихом народце» верно — тот, кто не рискует, так и остается при своих интересах, и пустых кошельках!
— Шаутбенахт Глебов! С отрядом кораблей выходите к Ораниенбауму и Петергофу — высаживаете десант из рот Кронштадтского гарнизона. Ищите там известных персон! Выставляете караулы на дорогах — проверять все кареты, досматривать все повозки — искать с пристрастием. Направьте самую быструю галеру в Ревель — там должны прочитать манифест о вхождении на трон Иоанна Антоновича. Вот приказы!
Силин положил на стол три свитка, увитых шнурами с печатями. Немолодой контр-адмирал, с просмоленным от ветров лицом, спокойно взял бумаги и внимательно посмотрел на царского генерал-адъютанта. Алексей Петрович отрывисто бросил:
— Порты закрыть немедленно, никого не выпускать в море без тщательного досмотра — бывшая царица с сыном попытаются бежать в какую-нибудь европейскую страну. Сухопутную границу перекрыть я не могу, нет соответствующего приказа, но никого не выпускать из портов без царского повеления имею полное право!
— Приказ государя-императора исполню!
Глебов наклонил голову, выражая полное повиновение. Алексей Петрович обратился к Полянским — именно они первыми выступили в защиту прав Иоанна Антоновича.
— Вам, господин капитан полковничьего ранга, следует немедленно выйти в залив и направится в Петербург. Передайте коменданту Петропавловской крепости ультиматум — присягнуть императору Иоанну Антоновичу немедленно! Оповестите о том, всех господ офицеров, сержантов, солдат и крепостных служителей!
Генерал Силин остановился и перевел взгляд на Петра Андреевича Полянского, единственного сына недавно умершего адмирала, командующего Балтийским флотом — тот смотрел хладнокровно и невозмутимо.