— Убрать! — проклятия, в которых не стеснялись Коллин и аптекарь достали даже барона. — В ледник запереть!
Угадал. В поместье темницы нет. Ну и слава богу, авось, выживут.
Впрочем, «убрать» было не так-то просто. Гвардейцы может и крепкие, но и Коллина не пальцем делали. Только втроем и после небольшой потасовки они наконец смогли выволочь избитого рыцаря, оставляя на полу столовой несколько зубов и пятна крови.
Серина же даже не противилась, прекрасно зная, что нет никаких шансов.
— «Присоединись», выходит? — барон поднялся из-за стола и приблизился.
Он встал настолько близко, что его дыхание щекотало мне ноздри. Настолько близко, что я бы без труда смог бы вытащить припасенный клинок и всадить в него.
Но я знал, что все это просто проверка. Он ждал подлянки и намеренно провоцировал. Именно поэтому у меня не было никаких клинков.
Не дождавшись действий, он продолжил, все так же глядя прямо в глаза:
— Говоришь ты лаконично и доходчиво. Но неужто ты считаешь, что я настолько глуп?
Не считаю. И как раз поэтому говорю только правду.
— Послушайте, я просто не знал. Поманился за смазливой мордашкой вашей племянницы. Если бы мне сказали с самого начала, я бы… В общем, я хочу титул.
— Пф, и только-то? А звезду с неба?
— Титул и серебро, да.
— А с чего ты взял, что я настоль щедр?
Отличный вопрос. К счастью, у меня есть хороший ответ.
— С того, что вам нужен новый стюард. Старого я уже убил. В обмен на службу, когда все кончится, я хочу титул и кучу серебра. И да, я уверен что вы согласитесь, иначе бы никогда сюда не пришел. Иначе бы я пошел к «молочникам».
Барон долго, очень долго рассматривал меня. Он думал, оценивал. Смотрел он на меня полминуты или полчаса я не знаю, но каждая секунда под этим взглядом казалась мне вечностью.
— Разумно… — наконец отвернулся он. — Признаюсь, не знал, что в тебе это есть. Стюард мыслил, ты незатейливый пройдоха… Пф, занятно, как ему это аукнулось, не так ли? Плевать.
Он жестом велел оставшейся паре гвардейцев следовать за нами. Несмотря на разницу в силах между ним и мной, барон всегда осторожничал.
И все же он мне поверил… Наверное, я должен был порадоваться, возгордиться, похвалить себя за хитроумие, но мне было тошно. От себя и всех тех, кто видит во мне только подлость и обман даже не удосуживаясь заглянуть глубже и понять, я не для себя, блин, стараюсь!
Пройдя по коридорам вслед за Клебером, я второй раз в жизни вступил в его кабинет. Тесный, заставленный книжными шкафами, устланный коврами и зарешеченным окном. Барон очень опасался за свои тайны.