Его поместье было ровно таким же, как я его и запомнил. Напоминая собой типичный дворец культуры из любого «нормального» города, он не кичился ни роскошью, ни опасностью. Нет ни мраморных колон, ни рва с башнями. Посмотришь на такое и не скажешь, что у хозяина припасены тонны серебра.
Все-таки неглупый он мужик, отдаю должное. Терпеливый, хитрый. Умеет ждать своего. Впрочем, я тоже.
Когда солнце склонилось за горизонтом, а в окошках стоящего на холме поместья загорелись огоньки ламп и свечей, я решился:
— Пора.
Коллин нехотя поднялся с пенька и проверил ход клинка в ножнах. Дурак, будто он ему пригодится…
Серина нервно засеменила следом:
— Ты точно знаешь, что это сработает?
— Точно. Я заговариваю зубы, Коллин режет. Занавес, мы молодцы. Все будет просто, не бойся. Я никогда не подводил.
— Звучит несколько…
— Ты мне не доверяешь?
Аптекарь неуверенно пожала плечами и промолчала. Все же доверяет. Ну и дура.
Когда мы приблизились к воротам, взгляды пары караульных сосредоточились на мне.
— Вот это рожа… Куда путь держишь «красавец»? Заплутал? До канавы путь указать?
— Лучше на прием к его милости.
Караульные фыркнули, но заметив, что я не шучу, тут же насупились:
— Шли бы вы подобру отседа. Здеся нищим не подают.
— Передай его милости, что явился «спаситель Коллет». Он поймет.
Извлеченный из кармана перстень заставил гвардейцев переглянуться. Рубин они опознали сразу, сотни раз видели его на жирных пальцах стюарда.
— Крепкие… — нехотя признал Коллин, когда один из гвардейцев скрылся в поместье, дабы доложить о нашем прибытии. — Они все в нагрудниках, или только караул?
— Только караул. — соврал я. — Не бойся, Клебер всегда экономил на гвардии. Ты справишься. Просто прирежь его, а дальше я уже сам. Со смертью барона нас никто не тронет, не будет смысла.
Какое же гонево… Но верит. Они оба мне верят.
Наконец гвардеец вернулся, но уже в компании из тройки сослуживцев. Обступив нас по бокам, они немедленно затребовали меч. Коллин попытался отбрехаться про то, что рыцарь имеет право вступать с клинком куда угодно, улучив момент, я молча вырвал сорвал ножны с пояса и протянул гвардейцам. На недоумение блондина я лишь подмигнул. Не важно, как он это понял, важно, что успокоился.
У барона не было тронного зала или чертога. Все эти функции брала на себя тесная столовая. Клебер встречал нас за столом с расставленными повсюду блюдами и разожженными лампами. Как я и надеялся, наше прибытие застигло его во время ужина.
И раз вместо его дочерей за недоеденными блюдами стоят пустые стулья, а рядом дежурит только четверка гвардейцев…