Я задрожала. От отчаяния и злости. Руки сжались в кулаки.
— Господин, помилуйте, — Барт сделал к нему шаг. И ещё одну попытку.
— Или вы её увольняете, или завтра же вас ждёт проверка. Здесь осмотрят каждый метр, каждый угол. Чтобы убедиться, что всё соответствует нормам.
Калеб резко поднялся. Скрежет стула по полу заставил дёрнуться. Барт сбоку вздохнул.
— Советую вам хорошенько подумать, — произнёс лорд, сорвал с крючка пальто и направился прочь из трактира…
— Или вы её увольняете, или завтра же вас ждёт проверка. Здесь осмотрят каждый метр, каждый угол. Чтобы убедиться, что всё соответствует нормам. Советую вам хорошенько подумать, — произнёс лорд, сорвал с крючка пальто и направился прочь из трактира…
— Мия, — вздохнул Барт. — Ну как же ты так, а? — он не ругался, скорее, сетовал.
А мне стало так неловко. Неловко и обидно…
Посетители продолжают смотреть на меня, без ехидства, с жалостью. Только легче от этого не становится…
Я поняла, что ноги меня не держат. Пошатнувшись, ухватилась за спинку стула и стояла так какое-то время.
Кора, видя моё состояние, вышла с совком и веником и принялась собирать осколки.
— Я сейчас уберу, — я кинулась к ней.
— Мия, — Кора замялась, осторожно отстранила меня от веника и отвела глаза.
Я нашла взглядом Барта и подбежала к нему.
— Простите! — воскликнула я. — Я всё исправлю! Я не специально!
— Я знаю, не специально, — кивнул Барт. — Мия… Мне очень жаль, — он вздохнул и тоже отвёл взгляд.
И тут я осознала…
— Что? — неверяще спросила я и отшатнулась. — Вы меня увольняете? — голос задрожал.
— Прости, — выдохнул хозяин трактира. — Мне нужно кормить семью. Не знаю, где ты перешла дорогу этому лорду, но он, судя по всему, настроен серьёзно.
— Возьмите меня второй посудомойкой? Я не буду выходить в зал! Я могу мыть полы! Пожалуйста! — взмолилась я.
Барт молча отвернулся…
— Вы боитесь проверки? — я с горечью усмехнулась.
Он покосился на посетителей и заговорил тише: — Я не проверки боюсь. Я ничего не нарушаю, — заявил обиженно и гордо вскинул голову. — Но если человек так настроен… — Барт многозначительно посмотрел на меня, — он найдёт нарушение даже там, где его нет, — договорив эти слова, резко развернулся и направился вглубь помещения.
— Но как же так? — пробормотала я едва не плача. — Я ведь так старалась. На меня не было ни одной жалобы! — договорила громко ему вслед.
— Мия, — Кора бросила осколки в урну. — Не спорь. Он не передумает, — выпрямившись, положила руку мне на плечо. — Мне очень жаль, правда…
Из подсобки, на помощь Коре, вышла Бетти, чтобы быстро привести зал в порядок.