Главное, не заблудиться… Как жаль, что пришлось отказаться от кэба. Было стыдно признаваться извозчикам, но у меня совсем мало денег.
Матушка выделила ровно столько монет, чтоб хватило на проезд до столицы, включая ночёвку в захудалом трактире, и на денежный сбор академии. Писчие принадлежности и прочие мелочи выдаётся ведь не бесплатно, даже если ты стипендиатка. Ах да, и ещё немного денег на еду. То есть на несколько перекусов по дороге, чтоб я с голода не померла. И всё.
А по прибытии в город, от конечной станции до ворот учебного заведения добирайся как хочешь.
И, конечно, перед моим отъездом матушка снова напомнила, как я дорого ей обхожусь. И что я должна быть благодарной тому, кто меня растил. Кто дал крышу над головой, покупал одежду и кормил все эти годы.
И всё бы ничего, но живём-то мы в бабушкином доме. Именно она занималась моим воспитанием, она покупала еду и стряпала на кухне. А когда я подросла, и меня готовить научила.
Деньги на одежду тоже бабушка давала. Иногда их получалось экономить, когда я шила себе платья из остатков тканей.
Шитью несложно научиться, если детство своё ты проводишь в мастерской, которую держит матушка. Наблюдаешь, как другие работают. А потом тоже начинаешь там трудиться. Моя должность была: «принеси-подай», «отойди, не мешай» и «куда ты подевалась, живо сюда!» Правда, мамины портнихи получали за работу монеты, а я — получала тем, что под руку попадётся…
Очнувшись от воспоминаний, едва не врезалась в кого-то. Ещё одна улица на моём пути. От шума накатила усталость. Облака ароматов едва не сбивают с ног. Запах свежей выпечки смешался с табаком и духами прохожих, сырость мостовой — с запахом кожи и масла проезжающих экипажей.
Все куда-то спешат по важным делам. А я иду одна, впервые в большом городе. Прижимая к себе саквояж, вместивший все мои вещи, и мечтая поскорее добраться до академии.
И единственное, что греет душу и придаёт сил идти голодной, по холоду — мысль о том, что как только я туда доберусь, наконец смогу рассмотреть содержимое шкатулки, вручённой бабушкой перед моим отъездом.
А ещё интересно, как меня примут в этом учебном заведении?
Интересно, как меня примут в этом учебном заведении?
Столичная академия — удел аристократов. Потому что, вот ведь странно — представители знати не торопятся жениться на бедных. Оттого магия передаётся из древних родов до наших дней зачастую только в крови состоятельных людей.
Ну, ещё иногда магия встречается у среднего класса. Может пробудиться у потомков обедневшего рода. Но чего в магических академиях, я уверена, ранее не случалось, особенно в столичной, — чтобы туда принимали нищих. Таких, как я. Совсем без денег. Без громкого имени и каких-либо связей.