Все в Петербурге знали, что японский флот дело рук Британской империи, но до начала войны не предполагали, что «ученики» достойны своих «учителей»…
— Того рассчитывает принять бой в колоннах, имея шесть кораблей против пяти. Что же, мы его удивим и обрадуем, теперь у него будет шесть против четырех в двух отрядах, но это не означает, что мы станем слабее. Поднять сигнал — «Эскадре подготовится к бою»!
Вице-адмирал Макаров расхаживал по мостику, наблюдая за тем, как вываливается из кильватерной линии шедший последним «Ретвизан», а на мачту взлетел и стал развеваться контр-адмиральский флаг, который Иессен специально не поднимал, дабы ввести в заблуждение неприятеля. И теперь броненосец бодро пошел ко 2-му отряду, чтобы занять место концевого, следующего за «Рюриком» в кильватере корабля. И в эту же минуту шедшие концевыми «Россия» под флагом вице-адмирала Безобразова и «Громобой», также вывалились из строя и направились в сторону крейсерского отряда, где так же началось перестроение, которое несколько раз уже отрабатывали, выходя из Дальнего на совместные маневры.
«Ретвизан» вскоре пристроился за «Рюриком», с которым ни сам Макаров, ни наместник не знали, как поступить, в какой отряд зачислить. Для действий с крейсерами его скорость в семнадцать узлов была недостаточной. А куцый, пусть и толстый броневой пояс с огромным небронированным бортом не позволяли использовать корабль в боевой линии, на участие в которой он изначально не был предназначен. Однако деваться было некуда — пришлось ввести старый крейсер, который когда-то нес парусный рангоут, во 2-й отряд, которому предстояло сразиться с эскадрой броненосных крейсеров вице-адмирала Камимуры. А 203 мм снаряды вражеских кораблей все же будут действовать не так разрушительно, как главный калибр броненосцев. А в случае «Рюрик» немедленно прикроет своим огнем «Ретвизан», развивавший вполне достаточную скорость, чтобы драться вместе с «иноками». В том и была общая задумка — противопоставить «асамоидам» с их семидюймовым броневым поясом 305 мм пушки эскадренного броненосца, снаряды которого такую преграду пробивают с большинства дистанций и представляют огромную опасность для противника, от орудий которого построенный в САСШ весьма неплохо защищен, лучше всех на эскадре.
На отдалении выстраивались три крейсерских отряда, руководил которыми Петр Алексеевич — несмотря на нездоровье, вице-адмирал Безобразов уверенно взялся за дело. И задача у него важная — уничтожить транспорты с войсками, которые японцы решили эвакуировать с захваченного у Бицзыво плацдарма. Вот только русские адмиралы имели на этот счет свое мнение — и решили дать бой, когда транспорты соберутся у Эллиотов под защитой Объединенного Флота, а солдат на них будут перевозить миноносцами, которые постоянно рисковали попасть под обстрел полевой артиллерии Сибирских корпусов. А как только врагов на берегу станет ощутимо меньше, все дивизии ударят одновременно, чтобы смести японцев в море. Так что сейчас направляющиеся для нападения на японские транспорты крейсера перестраивались парами — впереди четырех трубный броненосный крейсер, позади дымил тремя трубами бронепалубный «коллега». За «Баяном» шел «Богатырь» — их высокая скорость могла сыграть свою роль — все же несколько часов хода на двадцати узлах. А вот две других пары должны были действовать на восемнадцати узлах — за «Россией» следовала «Диана», а «Паллада» пристроилась в кильватере за «Громобоем».