— А это вовсе бред! Бред сивой кобылы! Нашел кому верить, сплетникам городским!
— А то, то ты с ним и еще двумя девками из малярной бригады на озера ездила — тоже бред? И что у вас палатка только одна была⁈
— Витька снаружи спал в спальнике!
— И что ты к нему в комнату сбежала и жила там два дня пока тебе комнату в общаге не выделили — тоже бред?
— … три дня.
— Что?
— Три дня, говорю. — Айгуля складывает руки на груди: — три дня, если поездку на озера считать. В отделе кадров на выходных закрыто было. Кроме того, если хочешь знать, Витька меня замуж звал, вот. Как честный человек.
— А? Правда, что ли? — лицо Анвара светлеет: — так а чего ты молчала? Наши и правда тебя такую уже не возьмут, а тут такая удача! Давай я все тете Хадидже объясню, когда у вас свадьба?
— Никогда. — мстительно прищуривается Айгуля: — отказала я ему, потому что бабник. И кобель, совсем как ты.
— Ай, женщина! Ты чего творишь⁈ Он может быть бабником, потому что мужчина! Мужчина когда бабник — значит хорошо! Есть мужская сила! А если женщина по рукам пошла, значит шлюха и шалава, чего тут непонятного⁈ Все, давай, соглашайся, будете жениться. А если он слова своего не сдержит или там заднюю включи, я сам с ним поговорю, по-мужски!
— Знаешь что, Анвар, иди-ка ты в пень. — говорит Айгуля, неожиданно успокаиваясь: — вот сам иди и маме передай. Я — свободная женщина Востока, как товарищу Сухов говорил, а вы со своими феодальными замашками и мужским шовинизмом идите в пень. Строем, под барабаны и с развернутыми знаменами.
— Singlim, ты не понимаешь еще за жизнь… если этот твой Витька согласен тебя порченную в жены взять, так и хорошо! Давай я поговорю с ним, он у меня быстро согласится!
— Ты как будто меня не слышишь. — вздыхает Айгуля: — не пойду я за него. По крайней мере пока. У него с Лилькой роман… или что там между ними двумя. И вообще, замуж пока не собираюсь. Мы в первую лигу вышли, у нас первый матч в Ташкенте через три недели, готовиться нужно. Если выйдем в плей-офф, то нас заметят. Я вообще хочу на Олимпиаду попасть в составе национальной сборной, а не детей нянчить да пеленки гладить. Мастера спорта международного класса хочу. Ты вон в боксе выше разрядника не поднялся.
— Да ты чего вообще в боксе понимаешь, женщина⁈
— Ничего не понимаю. Но у тебя третий взрослый, а я — мастер спорта.
— Ты женщина!
— А ты мужчина. И что?
— Слушай, singlim, я сейчас тебя просто за шкирку возьму и домой притащу силой! И заставлю тете Хадидже извинения принести! — Анвар выпрямляется и встает перед ней, глядя ей в глаза: — думаешь не смогу?