— Ага, — отозвалась Алёна, всё ещё разглядывая фен. — А ещё там наверняка пирожные продают. И мороженое. И…
— Маслова, хватит себя накручивать. Лучше вещи свои распакуй. Разместимся — пойдем к Каримовским… поговорить. — обрывает ее Маша: — ты чего мороженого не ела? Или пирожного? У тебя щеки скоро из-за спины видно будет.
— Злая ты Машка. Не буду я с тобой разговаривать.
— Да? — Маша отрывается от своего чемодана и смотрит на Маслову с интересом: — да ты же лопнешь, Вазелинчик.
— Я буду с Дуськой говорить, вот! С Дульсинеей Тобосской!
— Пожалуйста не называйте меня так. -отзывается Дуся Кривотяпкина со второй кровати у окна. Она не распаковывала вещи, не разглядывала ванную, не охала над феном. Просто сидела, привалившись спиной к изголовью, и смотрела куда-то в пространство. Лицо — непроницаемое, с этим её вечным пластырем на переносице и тонким шрамом на щеке.
— Хорошо, значит будешь Евдокия, — сказала Алёна. — Ты чего такая смурная? Ты хоть фен видела? Прямо в стену встроен! Видимо, чтобы не утащили… хм… а неплохой такой фен. У кого кусачки есть?
Дуся перевела на неё взгляд.
— Лучше не надо. — сказала она: — перед выездом персонал все проверит. Мыло и прочие расходники можно взять, даже полотенца можно, если приспичит. Пепельницу там… но фен точно не дадут украсть.
— Ты-то откуда знаешь? — прищуривается Алена Маслова: — ты чего, уже останавливалась в таких гостиницах? Ты же вроде из деревни откуда-то… у вас такие отели там есть?
Пауза.
— Нету, — сказала Дуся ровным голосом. — И правда, откуда мне знать. Я же из деревни. Под Архангельском деревня моя где-то.
— Серьёзно? — Алёна плюхнулась на кровать рядом с Лилей. — Ты что, правда из деревни-деревни? Где коровы и всё такое? У нас Маринка Миронова деревенская! И Машка, которая «Капитан Самодура»!
— Напросишься сейчас, Вазелинчик.
— Из настоящей деревни. — сказала Дуся и поморщилась. — Коровы, куры, председатель колхоза, все дела. Ярмарка, зерновые, пятилетка и эти как его… доильные аппараты с комбайнами.
— Так ты в Москве и не была практически! — подпрыгивает Алена: — значит в первый раз там была, когда мы в аэропорт приехали⁈ Но ты крутая! В смысле — такая хладнокровная как форель! Я когда в первый раз в Москву приехала — так и ходила с открытым ртом, как провинциалка, а ты…
— Я была потрясена блеском и роскошью столицы нашей родины. — ровным тоном произнесла Дуся.
— А по тебе так и не скажешь… — Алена косится на нее и дергает Лилю за рукав: — Лилька! Прекрати кукситься! Ты чего такая смурная? Я тебя такой в первый раз вижу!