И нет ей никакого дела до разницы в названиях и таких тонкостях, что бордюр — это способ укладки бортового камня и основной разделитель РЯДОМ с проезжей частью и тротуаром, велодорожкой и другими элементами, а поребрик это укладка ПОВЕРХ его края, что для дождливого региона порой единственная возможность видеть что-то на фоне луж.
Блондинка лишь добавила убито:
— Летом? Кто знает, что там будет? Свадьба, беременность, сломанная рука, повышение на работе? — она резко поднялась и глядя прямо в глаза, усмехнулась. — Или ты меня с собой заберёшь? В эту свою… как её… Сибирскую глушь?
— Не такая уж и глушь, — на автомате ответил Боря.
— Да, там-то можно миллионы на полочку сложить и идти гулять уже, — обила сквозила уже в каждом слове блондинки. — Но что там у вас из развлечений? Ямка в поле? «Палка-копалка»? Или вокруг ёлки пляшете?
Теперь поник уже Боря. Доводы бледнолицей дамы логичны. Хочет оторваться. Даже понять её можно. Впереди сытое, но скучное будущее. А хочется следовать лозунгу «Жить здесь и сейчас» хотя бы по выходным. Или не жить вовсе.
Но если пойти на поводу, то в этом случае он порадует одну женскую душу, (причём довольно разбалованную). А если что-то пойдёт не так, то до конца жизни будет работать на долг, пустит по трещине все бизнес-планы, да и вообще подставит человека, который воюет.
Разум перевешивал ощущения. А чувства не успели возникнуть.
— На вокзал, — глухо повторил Боря и сам присел на поребрик, что действительно был немного выше бордюра.
Если бы в городе остался снег, это было бы даже заметно.
Вика погрузилась в молчание. И когда приехало такси ни словечка от неё так и не прозвучало. Пока пытался растормошить её по дороге до Московского вокзала она даже не взглянула в его сторону. Надулась как шарик и руки на груди в замок сложила. На что психолог заявил бы уверенно «закралась».
Таксисту эти семейные драмы были не в новинку. Довёз их без комментариев. И лишь когда оба оказались перед зданием вокзала, Боря протянул ей свой паспорт и снова попробовал заговорить:
— Тебе придётся самой купить нам билеты на ближайшее.
— А ты не пойдёшь? — ей пришлось включить опцию «голос».
— А если попросят сумку раскрыть? Как я смогу объяснить такие суммы? — тут же посыпал резонными вопросами Боря и сам следом предложил. — Я лучше обойду, не заходя. Встретимся у перрона. Если что, звони.
Вика кивнула, сменив гнев на милость и пошла в здание, что тоже было довольно красивым, подсвечиваемое снаружи фонарями. Но Боря предпочитал держаться от света подальше.
«Вот подойдёт сейчас полицейский, паспорт попросит, а ты без документов», — стращал его внутренний голос: «А дальше обыск, допрос и проблемы, проблемы, проблемы».