— В общем, прощай, — сказала блондинка и удалилась.
«Упустил свой шанс, а она настолько обиделась, что упорхнула, не обняв, не чмокнув в щёку и даже „до свидания“ не сказала, а сразу „прощай“. По шкале обид до десяти баллов тянет на девяточку», — подытожил внутренний голос.
Боря присел, ощущая себя варёной сосиской. Уснул в одежде. Отчего взопрел.
Сантехник тупо посмотрел на документы, висящие на крючке. Поднялся, забрал их и переложил в седушку. А там сумка по-прежнему возлежит в целости и сохранности. Вздумай кто залезть, пришлось бы его подвинуть. А такое он бы точно не пропустил, в отличие от ночного минета.
Вика вышла в коридор в ожидании скорой остановки. Боря тут же проверил одежду. И не обнаружив никаких подозрительных пятен, понял, что блондинка образумилась. А значит, всё у них с Богатырёвым будет хорошо.
«Ну слава богу!»
Шмыгнув в туалет и как следует умывшись, он вдруг понял, что это последний раз, когда посещает его без нервов. Вика всё-таки поглядывает из тамбура. А дальше либо с собой сумку с документами таскать, либо проводницу подкупить. Вот только чем?
«Крупными купюрами?» — тут же предложил внутренний голос: «Тогда будет подозрительно, наведёт на его купе людей тёмных. Шоколадками? Это выглядит больше по-человечески и вызывает меньше вопросов, но сначала эти же шоколадки надо у неё же и купить. Других нет. Не до шоколада было. Не продумал».
О чём точно Глобальный не подумал, так это о попутчике. Вика взяла билет лишь до Москвы. А кто будет ехать с ним три дня до Новосибирска — вопрос интересный. И будет ли попутчик вообще?
«Хоть заточку делай», — прикинул внутренний голос.
— Твою мать, — запоздало понял этот расклад Боря и снова проверил содержимое сумки. А там всё на месте. Опять.
Следом проверил телефон. От Шаца ни строчки. Стасян недоступен и его старший брат. А с мелким из их выводка подружиться не удалось, как и в деревне крановщика побывать. Дружба оказалась мимолётная, дела-заботы.
В окно видно, как Вика повисла на Володе. Не оторвётся. Десантнику если и тяжело, то вида не показывает. Снова пытается на руках держать, как ни в чём не бывало.
Боря выходить не решился. Вернётся, а сумке ноги приделали. И как быть? Лучше сообщение пошлёт следом. Так безопаснее.
С этой мыслью он уже принялся ждать попутчика, доливая последний чай из термоса в кружку и с ненавистью глядя на засохшие бутерброды, как вдруг в купе вошла Лариса.
— Ну что, ты в деле? — вместо «привет» с ходу спросила она.
— Да, — ответил он и вдруг вспомнил, что на дне кармана куртки всё ещё может быть золотой песок. Показательно вывернув его наружу, он показал ей золотые песчинки на ладони. — Вот… Такое добро тоже примешь?