Вскоре в СВ-купе остался только запах дорогих духов, но он уже не торкал. Разве что вызывал приятные воспоминание о поездке. И Боря с чистой совестью принялся за бургер и кофе.
В купе заглянула проводница. Милая молодая женщина лет двадцати пяти. То ли вчера не разглядел, думая только сумке, то ли сменилась в Москве. А заодно сменила бельё, что даже не думала убрать за собой Вика. Но если в купе ей бы предъявили, а в плацкарте скорее даже наругали бы, то здесь преступление сошло с рук.
Определить подход к проводнице Глобальный сразу не смог. Купюры доставать или на шоколадках настаивать? По сути большую часть времени он просто жевал, пока она делала свою работу. А пока прикидывал чем бы угостить, она уже упорхнула.
Плотно позавтракав и придя в себя после целого ведра сладкого кофе, Глобальный уже собирался выглянуть в коридор и спросить насчёт отправления. А там слово за слово и вот он уже заказывает чай, шоколадки идут из рук в руки.
Обо всём можно договориться.
Обдумав подход и обсудив его с внутренним голосом, Боря зажевал мятную жвачку из пакетика и уже собирался наружу, как дверь в купе отворилась. На пороге застыл хмурый мужик лет сорока в полицейской форме. Причём форма была скорее под стать Сибири, чем столице. Мужик активно потел и держал зимнюю шапку-ушанку подмышкой.
— День добрый, — напомнил о приличиях Боря, с тоской глядя на освободившееся место напротив себя.
Мужик устало опустился на сиденье и словно растёкся по нему. Но тут же снова собрался, подсел поближе и спросил:
— Сидел?
— Нет, — ответил Боря, прекрасно понимая, о чём его спрашивают.
Всё-таки не иностранец.
— Служил?
— Конечно! — добавил Глобальный.
— Куда едешь? — немного подрасслабился попутчик.
— В Новосибирск.
— Это уже что-то, — добавил спутник и начал процедуру по снятию обмундирования. Затем поднял свою сидушку и положил туда кожаный портфель. А потом резко повернулся и предупредил. — Скажу сразу. Портфель этот не простой, а так сказать, «золотой». Настоятельно не рекомендую туда заглядывать. Так что давай сразу договоримся. Случись что, первым подозрение падёт на тебя. А если прикроешь и подстрахуешь, в обиде не останешься. Понял?
— Эм… понятно, — добавил Боря и отставил кофе.
«Лучше бы маму с ребёнком подселили. И то проблем меньше», — возмутился внутренний голос.
Но тут мужик достал из пакета литровую бутылку виски и наконец, представился:
— Майор Вишенка. Бронислав Николаевич. Для своих просто — Броня. С ударением на второй слог. Броня — можно. Сталин — нельзя. Понял?.. Как тебя, кстати?
— Борис, — ответил Глобальный. — Можно просто Боря.