Лариса только глаза округлила, а блондинка рядом покраснела и переспросила:
— Что, так сразу? А предложение? И встать на колено?
Володя тут же кивнул и добавил:
— Да, точно. Кольцо же надо достать. С делами сейчас только разгребу пару дней и займусь этим вопросом. Дай мне немного времени.
— Да ты отдохни сначала, в себя приди, — тут же сдала назад Лариса Борисовна.
— Я там подумал, пока время думать было. Раз выживать не успеваем, придётся жить, — после чего десантник повернулся к бывшей начальнице и продолжил. — И ты, Ларис, выходи за меня. Чего нам стесняться? Как там у тайцев? «Миа ной»? Да? Так вот, будешь второй женой! Но не побочной, а… важной!
От такого даже Борис Глобальный чуть не присвистнул. Но вовремя вспомнил о примете.
— Володя, — тихо произнесла Лариса, как женщина обстоятельная, а не «ля-ля». — Давай мы тебя сначала психологу покажем, откормим и реабилитацию пройдёшь.
— А что не так? — приподнял бровь десантник.
— Да то, что на тебя сейчас школьный выпускной костюм налезть может! — добавила Вика. — Худенький такой стал. Кожа да кости.
Десантник только отмахнулся и тут же потерял интерес к заднему сиденью, переключился на водителя:
— Так ты продать тачилу вздумал?
— Перегоняю в Питер, — ответил Боря. — Шац просил. Только контузию словил где-то под Клещеевкой. Выпал из этого процесса. Что теперь делать, толком не ясно. Но вроде всё по-прежнему на мази. Вот и поеду меняться. Машинку на сумку.
Володя тут же хмыкнул, скривился:
— Да брось, оставь её ещё на год на руках. И продашь уже на пару миллионов дороже. Сейчас всё так подорожает, что ахнешь. Техника, квартиры, автомобили. Только жизнь человеческая подешевеет, Борь. Как говорится: «лес рубят — щепки летят»… А мы не щепки, Борь. Мы — люди! Все там — люди!
И Богатырёв отвернулся к стеклу. Глаза вдруг встали на мокрое место. Только показывать этого не хотел. Как и то, что стал нервным и дёрганным.
От Глобального не укрылось и то, что десантник никак не знал, куда деть руки. Что вообще пережил этот ранее здоровый мужик со шрамами на лбу, который теперь весил как школьник, сказать сложно. Видно сразу, что вместо мышц — жилы. Может пробежать в разгрузке кросс, а иная разгрузка уже почти как он весит.
«А всё потому, что вместо крови по тем жилам течёт — пламя. Им и выжил в свои двадцать пять-двадцать шесть», — заметил внутренний голос: «Ничего-ничего, в себя придёт, отойдёт, а проблемы и не проблемы вовсе».
Проехали в молчании автозаправочную станцию. Боря скосил глаза на таблицы. Цены в столице уже догоняли показатели в глубинке, где и добывают нефть и перегоняют дизтопливо и бензин. Но сделав круг, тот всегда отправляется обратно хоть на пару рублей, но дороже.