Десятки огненных узоров, подкреплённых воздухом — быстрые, сильные, опасные. Они рвали защиту родового артефакта, продавливая её и сжигая теньку буквально на глазах. Наши враги явно учли возможности Покровских. И ключик подобрали, и хороших исполнителей нашли.
Огненные и воздушные плетения большой силы… Артефактные пули, выпущенные двумя бойцами дворянина… Можно было уже не сомневаться: нас пришли не проучить, а именно что убивать. И убили бы, не приготовься я заранее. А так… Ответили мы с женой одновременно. Мои огненные шарики, усиленные её воздушными лезвиями, создали в дверях ослепительный эффект.
Полетевшие следом пули должны были закрепить успех, уменьшив количество врагов, но… Когда дым рассеялся, я увидел, что мы остались при своих. Нападавшие хоть и прятались теперь за стеной, но были живы и здоровы.
Правда, уже слышалась суета в других номерах, да и на первом этаже казарм. Бой разбудил и простых бойцов внизу, и знатных постояльцев наверху.
Мы с Авелиной тоже были живы и здоровы. И я бы даже сказал, что в выигрыше, потому что время теперь играло против нападавших. Однако же, как говорили в мире Андрея, спички детям не игрушка. Особенно в замкнутом пространстве, где есть, чему гореть.
А в нашем номере было. Например, дверному косяку, ковру на полу и нашей кровати.
— Лови, сука! — выругался один из нападавших, забрасывая в комнату гранату.
Этот трюк достиг бы цели, но, пользуясь тем, что для меня всё медленно и неспешно, я успел выбросить на пути снаряда щит. Он был неподвижным, даже не наклонным, и граната просто упала на пол рядом с дверным проёмом. А спустя пару мучительно-долгих секунд, наконец, взорвалась.
Удар приняла на себя защита Авелины. Правда, и она прогнулась под давлением, затрепетав из последних сил. Впрочем, в этот момент и сама Авелина, со стоном схватившись за уши, начала опускаться на пол. И только я остался стоять, потому что успел и рот раскрыть, и уши прикрыть. Не успел только предупредить жену, что стоило бы так сделать.
А мгновением позже из коридора раздался вопль, после чего — хриплое бульканье. Значит, Тёма, выждав момент, перешёл в наступление. А мне не оставалось ничего другого, кроме как рвануть к двери сквозь облако щепок и дыма.
Раз уж наглый дворянин осведомлён о возможностях артефакта Покровских, значит, и о Тёме он мог знать. И если помощников, стрелявших из огнестрела, мой кот разберёт на запчасти, то их главарь может оказаться ему не по зубам.
Так оно и вышло. Когда я вывалился в коридор, дворянин зажимал Тёму щитами со всех сторон, явно не собираясь отпускать в тень. Он не учёл только одного, а точнее, двух.