Но я старался. Видит Змей, я душу вложил в представление, желая подчинить себе наследника Тескоко и слегка подлечить тараканов в его голове. Так, что даже жрецы, участвующие в этом представлении, косились на меня подозрительными взглядами. Что поделать: эти люди мыслят мистически по умолчанию. Они видят действия (да что там, сами в них участвуют!), но не могут определить объективные причинно-следственные связи. Им всё равно легче объяснить случившееся «чудо» волей божьей. Тем более, что мальчишка под конец шоу откровенно поплыл. Слишком сильный стресс (я сам в начале усугубил ситуацию), а потом моя непривычная доброта и забота. Он бы на шею мне кинулся и разревелся… Но не так воспитан. Да и побаивался уродливого бога.
Я, кстати, решил предстать перед ним не в праздничном попугайском костюме, а в обычной одежде. Даже сухую руку не прятал. Пусть учится понимать, что истинное заключается не в яркой скорлупе, а внутри.
Черноглазого Цветка отправили домой в тот же день. Я сделал краткий отчет с выводами и схоронил его в «папочке» по внешней политике. Не знаю пока, как распорядиться полученным ресурсом. Надеюсь, время покажет. Как минимум, я не дал убить ребенка. К тому же, двор Тескоко будет дальше трястись от возможного проклятья. А как максимум… Вдруг и правда, пацан отвергнет родных богов? Почему бы тогда ему не принять в качестве нового Золотого Змея Земли?
Посмотрим.
Пока же можно вернуться к текущим делам. Тихим и спокойным. Мне хорошо, а Змей бесится.
«Я, короче, запрещаю тебе называть меня желтым червяком, — заявил он однажды. — Теперь я тебя так называть стану».
«Чего это вдруг?».
«Потому что черви живут под землей. Как ты. Ты же, как мальчонку отшептал от проклятья, так больше на свежий воздух и не выходил».
Действительно, подумал я. Там как-то так вышло, что несколько запланированных мной прогулок не состоялось. Тлакатль отговорил меня. Сказал, что в городе неспокойно. После Цветочной войны появилось много подозрительных людей, которые что-то высматривают, вынюхивают. А еще слухи пошли о скором возвращении орды Ауисотля из восточного похода. В итоге мы договорились, что теперь удобное время для прогулок для меня будет выбирать Человек. Он там наверху, и ему виднее, когда безопаснее всего. Тлакатль обещал подобрать надежных людей для сопровождения. Но пока найти такое время не получалось.
А я и не парился. У меня в святилище уже целый офис образовался. Пахли свежим деревом стеллажи, на которых лежали кипы бумаг с проектами, отчетами. Все строго классифицировано. Вот сельское хозяйство: где и сколько полей, сколько инструментов, кто ответственный, что сеять — десятки листов! Вот списки новых мастерских с планами и объемами выполненного. Бюджет Дома Даров — на редкость положительный. А вот сметы Дома Заботы, куда утекает большая часть профита с храмового рынка. Деловая переписка с тлатоани Ичтакауэкой, который почти перестал посещать меня в моем уединении. А рядом целая полка — новости и просто сплетни с земель восточной долины и западной.