Гонсало нервно рассмеялся.
— Сначала нас гонял шторм. Потом мы сели на мель. Тогда выжило уже меньше двадцати человек. Мы сели на лодку, и Вальдивия повел нас в открытое море… Это были самые страшные дни. До берега живыми добрались только восемь человек. Но это было не спасение… Это оказался берег страны Цол Петен, где живут кровожадные виники. Мы попали в плен косумельскому князьку, он приносил нас в жертву одного за другим…
— И что тебя спасло?
— Война, — улыбнулся Гонсало. — На их городок напали тутульшиу. Те, кто преисполнен добродетели… Они в этом городе живут, в Мани. Нас к тому времени двое осталось — я и Агилар. Под шумок, пока виники рубились насмерть, мы сбежали. И в итоге снова стали рабами, но уже местного вождя. Правда, этот нас резать не стал. Просто заставил работать.
— Агилар — живой?
— Да, господин. Только его к тебе не пустят. Херонимо повернут на том, что здесь дикари одержимы дьяволом. Он вечно проклинает их, отказывается оказывать почтение, плохо работает, плюет на идолов. Честно признаться, я не понимаю, почему из всех нас умудрился выжить именно он. Он много болеет, слаб телом — но живет. Удивительно!
— А ты почему выжил?
— Благодаря воле Господа, который меня надоумил. Хотят, чтобы я работал? Я буду работать. Причем, лучше любого раба. Я знаю и умею многое из того, что местным неведомо. Они еще гордиться станут, что им достался такой раб!
— Ты назвал виников кровожадными, — напомнил торговец.
— Да, — грустно кивнул кастилец. — И не откажусь от своих слов. Это жестокий народ. Многие их обычаи ужасны. Любят боль, любят кровь… Даже плоть людскую любят. Но их жестокость не злобная. Может, демоны, коих они богами зовут, заставляют их поступать так… Не ведаю. Зато в остальном они мне нравятся. Простые и прямые люди. Здесь в Мани, к нам отнеслись гораздо лучше. Я ответил им тем же, и тутульшиу оценили это. Я, вроде бы, и раб, но хожу совершенно свободно. Работаю наравне с местными простолюдинами. Уверен, если я покажу себя — они оценят и это. Невзирая на то, кто я и откуда.
«Торговец»
Я невольно любовался испанцем — это идеальный кандидат для моих планов! Когда в Омекоатлан дошли вести о бородатых чужеземцах в стране виников, я даже не надеялся, что мне повезет настолько. Никакой ксенофобии, европеец принимает реальность такой, как она есть: сейчас плохо, а потом будет хорошо. Просто надо что-то делать для этого.
Психика здорового человека. Даже как-то чересчур. Но полуголый европеец говорил достаточно искренне — насколько я мог понять его через поломанный телефон двойного перевода. Да одни полученные сведения уже с лихвой окупили его поездку в далекие земли виников-майя! Хотя, самое главное я еще не узнал.