— Гонсало, я тоже хочу тебе кое-что рассказать о себе. Думаю, ты сам понимаешь, что я не торговец. Я — правитель большой страны, далеко к западу отсюда. Скажу даже: я бог тамошних жителей. Можешь, сразу успокоиться, я не собираюсь убеждать в этом тебя. Считай меня королем. И во имя мое не убивают пленников, не льют кровь, не едят людскую плоть. Другим богам — такое еще бывает. Но всё реже и реже. У нас есть много городов заметно крупнее твоего Мани. Мы плавим металлы, умеем записывать слова на бумагу, у нас есть колесные телеги, для больных оборудованы лечебницы, для неграмотных — школы. Это не самая плохая страна для жизни.
Пусть-ка проникнется моей рекламной речью.
— Я хочу предложить тебе сразу то, о чем ты говорил мне. Я оценил тебя по достоинству и предлагаю тебе отправиться со мной в мою страну. Ты станешь не рабом, а моим советником. У тебя будет собственный дом, слуги, достаток.
— А что же ты хочешь от меня, Ваше Величество? — Гонсало, казалось, не сильно удивился.
— Делиться своими знаниями и умениями, — достаточно честно ответил я. — Поначалу ты будешь учить наш язык, а мы — твой. Потом ты сможешь поделиться тем, что ваш народ умеет делать лучше. Возможно, какие-то ремесла. Ты сказал, что был воином — я покажу тебе войско Бога и, возможно, ты сможешь научить нас воевать на свой лад. Правда, у нас нет аркебуз…
«Да и не нужны мне аркебузы! — мысленно отмахнулся я. — Главное, вызнать всё, что есть в твоей голове. Когда языковой барьер снимется — этим и займемся. Никаких допросов, просто задушевные беседы. И ты всё расскажешь нам. Как вы, испанцы мыслите, как действуете, где ваши слабости, а в чем вы опасны. Как устроена ваша жизнь, как устроено ваше королевство. Кто правит, а кто правит на самом деле. Какие у короля есть друзья и враги, как он свою казну заполняет, а как — тратит. Конечно, простой солдат далеко не всё знает, но мне в моем вакууме информации и имеющихся крошек хватит, чтобы обожраться».
— Господин, ты молчишь, словно, действительно, ждешь от меня ответа, — нахмурился Гонсало. — Ты мне, рабу, предлагаешь жизнь, каковой у меня не было и на родине. При этом, ты можешь просто купить меня…
— Мне не нужен еще один раб, чужестранец, — улыбнулся я. — Я нуждаюсь в мудром советнике, который знает то, что недоступно никому из моих подданных. И мне нужно твое искреннее согласие и желание сотрудничать.
— Конечно, я согласен! — улыбнулся испанец. — Терять мне особо нечего. А как далеко твоя страна?
— Идти мы будем два месяца, — «ободрил» я своего свежеприобретенного информатора.