Нет. Мягко, на ходу придумывая причины, мне дали отказ на всё. Попросил прогулку — организовали через два дня. Под бдительным контролем выгуляли и благополучно вернули домой.
«Ну, ты же понимаешь, кто во всем этом виноват?» — в лоб спросил меня Змей, когда я лежал на постели, лениво перебирая листки аматля. Знаки расплывались, смысл в голове не задерживался.
Что тут скажешь? Оставалось только кивнуть покаянно.
«Ты мне не кивай, и в сторону не смотри! — злобно приказал бог. — Сам виноват?»
«Сам» — буркнул я.
«Хорошо тебе теперь здесь?».
«Не очень».
И впрямь, не очень. Внешне-то ничего не изменилось. Я также ежедневно работал: получал отчеты о происходящем наверху, делал распоряжения, «выдумывал» Дары. Но теперь не мог отделаться от чувства, что меня просто используют. Как раба.
«Хуже, чем раба — коротко и жестко бросил бог. — Раба, обычно, принуждают к подневольному труду. А ты… Ты же сам шею к ошейнику протянул! И надеть его помог!».
«Всё так».
От правоты змеевых слов становилось всё горше. И безысходнее. Конечно, можно попробовать притвориться, что мне это подходит, что я так и хотел. Меня же раньше устраивало…
«Даже не смей! — рявкнул Змей. — Не вздумай получать от рабства удовольствие! Ты же — бог. Неужели ты думаешь, что раб может быть богом?».
«Я понятия не имею, кто может быть богом» — брызнул я желчью в ответ.
«Ну, так поверь мне на слово! Не может. Они думают, что оседлали удачу. Дураки! Ветер не оседлаешь. Бога не приручишь. Либо сгниет, либо превратится в настолько ужасное, что все вокруг пожалеют. Хочешь стать местным Ктулху, владыка?».
Я задумался. На миг возможность отомстить Человеку и его кодле даже показалась привлекательной. Но… Разве я тут для этого? Мысли о великой миссии в меня так старательно вросли, что уже привычно грели душу. Приятно осознавать, что ты должен быть спасителем. А тут — чудовище…
«Не хочу».
«Вот! — искренне обрадовался Змей. — Уже лучше! А значит, надо переставать быть рабом. Давай. Включай мозги! Займись этим своим аутотренингом! Мы не рабы, рабы немы!».
«Внушать я себе могу сколько угодно долго, только как это изменит ситуацию? Ошейника на мне нет. Но плен-то вполне реальный. И я пока не вижу шанса вырваться».
«Пока! Значит, надо искать».
«Мне нужно как-то выйти на связь с моими людьми. Только на них надежда. Хотя… Если им столько времени до меня нет дела — может быть, я им уже и не нужен? Вон как они лихо провернули Цветочную войну. Даже не сочли нужным меня в известность поставить».
«Сухоруков! Поскольку ты, кажется, начинаешь плакаться и жалеть себя, то позволь мне правдой в лицо швырнуться. Ты ведь сам всё так выстроил. Сам придумал систему, в которой твое присутствие не требуется. А теперь грустишь от того, что она работает, и что кто-то этой системой пользуется… в личных интересах. Так?».