Тени Нового Орлеана. Сердце города — Лера Виннер

Прочитав по пути в Новый Орлеан множество статей и посмотрев не одно видео, очутившись на болотах, Герда вынуждена была признать, что это совсем не то, чего она ожидала.

Ветра не было. Гнилостный болотный запах забивал ноздри и оседал в глотке. В вечной полутьме, сгустившейся ночью как-то по-особенному, раздавались странные гулкие звуки, словно огромный монстр чавкал, переваривая тысячи своих жертв.

Очарованная и потрясенная, она пробиралась по лесу след в след за Роландом, едва успевая смотреть по сторонам.

Дыхание сбивалось, и время от времени Смотрящему приходилось оглядываться, чтобы удостовериться, в том, что она в порядке.

Слава одного из самых страшных болот в мире не достается просто так. У кого-то Манчак вызывал омерзение и ужас, кто-то воспринимал его как экзотическую, но не более реальную, чем виртуальная симуляция, картинку. Герда благоговела. Похожие на бесконечный лабиринт, древние, злые, дышащие силой и смертью болота захватывали, проникая в самую душу, вынуждали молчать, либо говорить полушепотом.

По все видимости, Роланд ее чувства разделял. Он не пытался отвлечь разговорами или специально указывать на нечто диковинное, оставляя за ней право самостоятельно увидеть все, что было должно, и лишь вел известной одному ему тропой. 

В той глубине, на которую они забрались, не было заметно следов человеческого присутствия — болота и лес жили своей жизнью, таинственной и полной. Остановившись и подняв взгляд, Герда несколько минут разглядывала сомкнувшиеся высоко над ее головой густые кроны и думала о том, что она, вероятно, первая, кто вошел сюда и отсюда выйдет за последние три сотни лет.

Испугавшись, что безнадежно отстала, она огляделась вокруг и увидела, что Роланд возвращается, укоризненно качая головой.

— Не теряйся. Если что, я быстро тебя найду, но пока тебя не знают, лучше быть при мне.

Она кивнула, соглашаясь, что проявила недопустимую беспечность, и вздрогнула, когда что-то коснулось ноги.

Еще в лодке она подумала о том, насколько Роланд был прав, настояв на высокой обуви на толстой подошве, и сейчас убедилась в этом еще раз, потому что в траве скрылся кончик змеиного хвоста.

По всей видимости, на ее лице отразилось нечто абсолютно непотребное, потому что Смотрящий беззвучно рассмеялся и взял ее за руку.

— Не бойся, они не тронут.

— Я не боюсь змей. Просто подумала, что если поймаем одного такого, смогу повторить для тебя номер Сальмы Хайек из “От заката до рассвета”.

— Боюсь, максимум, что ты сможешь с ним повторить, это неудачу той девчонки из “Стриптиза”. *

Герда тихо фыркнула, не будучи уверенной в том, что откровенный смех понравится обитателям болот.

— А я-то рассчитывала, что ты договоришься.

— Я не умею заклинать змей.

Роланд улыбался, разглядывая ее, и большим усилием воли Герда заставила себя поднять взгляд от его сапог.

Словно издеваясь над ней, Роланд собрался на болота как на свидание, — водолазка, куртка, джинсы. Ничего лишнего, исключительно темные тона. За сапоги, доходящие почти до колен, Герде пару раз по пути хотелось его проклясть.

Она пялилась украдкой, понимая, что не время и не место, но слишком не вовремя случилась эта змея…

У нее был целый день на то, чтобы прийти в себя после прошлой ночи, и все равно тело до сих пор приятно ныло.

Роланд настоял на том, чтобы она вернулась вместе с ним в особняк, и хотя к тому моменту, как они переступили порог, Герда была уже на все согласна, насчет спальни Смотрящего она все же заупрямилась. Отказавшись от идеи переспорить ее, Роланд остался с ней в гостевой, и все дальнейшее превратилась для Герды в сплошной ад.

Памятуя о том, что, множество классных ребят с отличным слухом могут заявиться в любой момент без предварительного звонка, она дала себе слово быть очень тихой и контролировать ситуацию. Лежа под ней на спине, Роланд наблюдал, молчал и улыбался ехидно.

Сначала это раззадоривало, потом стало все равно. Опустившись на его член самостоятельно, она поверхностно и часто дышала, унимая сердце, и чувствовала себя на вершине мира. Это было хорошо. Это было… Идеально.

Роланд — сильный, гибкий, красивый настолько, что при взгляде на него хотелось плакать, — безоговорочно отдал инициативу ей, позволяя не просто изучать себя, но и управлять процессом, и Герда очень старалась не спешить. Двигаться тягуче-плавно, теоретически попытаться подвести его к той же грани безумия, на которой балансировала сама. Она гладила раскрытыми ладонями бока и живот, искала лучший угол, при котором уже Роланд сорвется…

В качестве закономерного итога, именно Роланд, приподнявшись, затыкал ей рот поцелуями и придерживал под спину, помогая держать равновесие, пока она, как умалишенная, вылизывала его кожу у самого края плотно облегающей плечо повязки.

Во второй раз было проще. Смирившись с тем, что выпендриться своей героической выдержкой точно не сможет, Герда привычно уже обхватила его коленями и целовала куда придется. Она не заметила, как от переизбытка ощущения начала кусаться, а Роланд не останавливал и не возражал, и за это немногим после, когда на его ничем не прикрытом плече проступили характерные отметины, стало отчаянно стыдно.

— Расслабься, васима, они сойдут в течение часа.

Вместо ответа Герда попыталась спрятать пылающее лицо в подушке, и тут же вздрогнула, получив — будто удар током — нежный поцелуй под лопатку.

Роланд словно играл с ней, с известной долей снисходительности разрешая разглядывать себя, изучать ощупью, касаться откровенно жадно и трепетно. 

Никогда не считая человеческое тело чем-то 

 исключительным в эстетическом плане, Герда наслаждалась им. Отбросив подальше одеяло, она беззастенчиво разглядывала и трогала, касалась самых чувствительных участков кожи языком.

Роланду нравилось, когда касались его запястий. Он едва ощутимо инстинктивно вздрагивал от поцелуев в сгиб локтя или основание шеи. Заводился моментально и мучительно остро, стоило провести языком по внутренней стороне бедра от колена до паха.

Все это Герда успела запомнить с первого раза, но подозревала, что еще множество любопытных открытий ждет ее впереди.

Она не торопилась ни с одним из них. С неспешной чувственностью вылизывая колено или ловя губами пальцы, растягивала это удовольствие, заставляя подспудный страх, что всё закончится, не успев начаться, оставить о себе лишь смутное воспоминание, отступать.

— Гера, — поняв или в самом деле услышав, о чем она думает, Роланд укорил мягко, и, отпустив ее руку, двинулся дальше. 

Следовало промолчать и просто пойти следом.

Вместо этого Герда догнала его в два шага и, обвив руками, прижалась к спине. 

Роланд остановился как вкопанный, погладил ее руки. 

— Ты что? 

— Ничего, — потеревшись лбом о его куртку, она прикрыла глаза. — Просто стало интересно, как тебе удаётся так легко меня считывать? 

— По температуре тела. Я чувствую, когда ты возбуждена или испугана. Плюс эмоциональный фон, — Роланд улыбнулся шире и скользнул пальцами под ее рукав. — К примеру, сейчас ты фетишируешь на мои сапоги, что посреди леса абсолютно недопустимо. 

Смех Герды прозвучал глухо, потому что позы она не меняла. 

Отстраняться и правда не хотелось, но она сделала над собой усилие и отступила. 

— Тогда идём. В конце концов, ты обещал мне свидание на болоте. 

— И должен тебе за то, что переспорил тебя вчера. 

— На самом деле, мне было очень приятно, — она ещё на мгновение поймала его взгляд, а потом кивнула, подтверждая, что теперь в самом деле готова идти дальше. 

Оказалось, что до места назначения им оставалось совсем немного. Лес неожиданно кончился, превратившись в кажущуюся почти нормальной поляну, на которой стояли несколько домов. 

Роланд остановился, давая ей время на то, чтобы изучить местность. 

— Ого! — Герда вынесла свой вердикт шёпотом, и бросила на него быстрый вопросительный взгляд. 

Роланд только кивнул, подтверждая ее догадки. 

Оградительный круг, проложенный по земле, едва ощутимо завибрировал, когда Герда переступила через него, и успокоился, осел, снова маскируя местность под обычную.

________________________________________

*  Имеется в виду эпизод, в котором одну из героинь, исполнявшую танец с питоном, едва не задушила незнакомая змея.