Поезд прибыл ближе к обеду. Петербург встретил их ветром и снегом, рассеянным и холодным. На перроне было многолюдно, воздух пах железом и снежной пылью. Мила натянула капюшон и огляделась.
— Может, сначала в отель? — предложила она. — Потом уже к родителям.
— Нет, — покачал головой Илья. — Сначала домой. Поздороваемся, а потом решим.
Такси ехало молча. Мила смотрела в окно, Илья — на неё.
Квартира его родителей находилась в старом кирпичном доме с широкими подоконниками и чуть облупившимися перилами. Илья нажал на звонок. Через пару секунд дверь отворилась, и на пороге появилась Людмила Леонидовна. Невысокая, в уютном вязаном жилете поверх рубашки, с коротко подстриженными тёмными волосами, в которых уже блестела седина. Лицо ясное, открытое, глаза синие, почти нереальные, как лёд на солнце.
— Илюшенька, — выдохнула она и сразу обняла его, уткнувшись носом в воротник пальто. — Ну наконец-то. Думала, не приедешь. С дороги, наверное, замёрз совсем. Иди скорее, чай и пироги уже ждут.
Пока она обнимала сына, Мила чуть отступила, будто не хотела мешать. Но через секунду Людмила Леонидовна повернулась к ней, чуть прищурилась и с лёгкой ноткой любопытства протянула:
— А это значит…?
— Мам, — мягко сказал Илья, — познакомься, это Мила.
— О, тезки, выходит, — улыбнулась она шире. — Я Людмила Леонидовна.
Мила покачала головой и ответила спокойно, но твёрдо:
— Нет. Просто Мила. Это полное имя.
Людмила Леонидовна на миг замерла, примеряя это имя к её лицу, к голосу, к самой интонации. Потом коротко кивнула, словно что-то поняла, и отступила в сторону, впуская их внутрь:
— Ну что ж, просто Мила, проходите. Чемодан поставьте в большую комнату. Мы с отцом всё освободили. Отдыхать потом будете, а сейчас чай и пироги ждут.
Они прошли в прихожую. Воздух был тёплый, пах пирогами, деревом и чуть корицей. В пальцах сразу стало горячо. Мила аккуратно расстегнула пальто, а Илья, набравшись смелости, всё-таки произнёс:
— Мам, мы, наверное, потом… в отель.
Людмила Леонидовна тут же вскинула брови и даже рукой махнула, будто отгоняя ерунду:
— Какой отель, Илюш? Ты что! Папа вечером придёт, тоже на красавицу твою посмотреть захочет. Познакомиться. Всё как положено.
Она улыбнулась по-доброму, искренне, и от этих слов и Мила, и Илья чуть смутились. Он неловко поправил шарф, а Мила опустила взгляд, но уголки её губ приподнялись почти невольно.
— Так что давайте, проходите. Чемодан в большую комнату. И никаких отелей.
На кухне пахло пирогами и чем-то пряным — смесью корицы, гвоздики и тёплого теста. Мила осторожно устроилась на табурете у окна, пока Илья уносил чемодан в дальнюю комнату. Людмила Леонидовна уже хлопотала у плиты, ставила на стол яблочный пирог, доставала из холодильника сметану, разливала по чашкам крепкий чай.