— Достаточно, чтобы мы успели уйти, — пробормотал я, выставляя таймер.
И тут я будто бы почувствовал чей-то взгляд, направленный на меня с невообразимого расстояния, сквозь пространство и измерения.
Хм, найдётся не так много даже Охотников, способных на такой трюк! Старый Мак, Первый Охотник… Но, прислушавшись к своим ощущениям, я понял, кто это. С ним ещё кто-то, но это неважно.
Что ж, мы своё дело сделали, и нам пора уходить. И у брата дел наверняка полно. Но он ведь наверняка сюда явится!
Сосредоточившись, я отделил искру энергии Кодекса, оставив её висеть неподалёку от артефакта.
— Если меня не подвёл мой нюх, — улыбнулся я, глядя прямо в эту искорку, — то это ты, Дэн, старый хрен. Ты, как всегда, пропустил самое интересное. Но извиняться я не буду. Я закончил здесь, а вы можете перемещаться к другим путевым нитям. С этой стороны Костяной Скульптор уже не пройдёт. Я б тебя дождался, но кажется, у тебя полно работы. В качестве благодарности я рассчитываю, что к моему возвращению у тебя ещё останется Викторианская амброзия. Есть конечно же маленький шанс, что ты её уже выхлебал. Но, зная тебя, думаю, что всё же кое-какие запасы остались. И я буду очень разочарован, если при встрече старого друга тебе не будет чем меня угостить. Всё. Бывайте.
Я хотел уже уйти, но на последок улыбнулся и добавил:
— И да, пожалуйста. Был рад помочь. И да пребудет с вами Кодекс, братья!
ㅤ
Лиана с интересом наблюдала за моими манипуляциями.
— А я зачем здесь? — спросила она наконец.
— Кодекс сказал, надо посадить дерево, — объяснил я. — Но я как-то не подумал саженцы захватить. А кто у нас дриада?
Лиана улыбнулась своей тихой улыбкой.
— Видать, твой Кодекс знал, кому направить эти семена, — она расстегнула пластины доспеха на груди и достала маленький кожаный мешочек, который ей подарили белкусы. — Даже я сама не сразу поняла, что это. Это семена Древнего Древа.
— Они у тебя с собой? — я замер в шоке.
— Конечно! — она бережно развязала мешочек. — Только надо найти место у реки.
ㅤ
Мы нашли его в излучине реки. Голая, потрескавшаяся земля, покрытая слоем праха, зияла трещинами, как рана на теле мира. Лиана опустилась на колени, не обращая внимания на серую пыль, пачкающую её доспех.
— После благословения Лексы эти семена как будто потеплели, — прошептала она, доставая из мешочка одно единственное семечко размером с фасолину.
Семя было удивительным — тёмно-коричневое, но с золотистыми прожилками, оно слабо пульсировало собственным светом, как крохотное сердце.
Она бережно опустила семя в трещину в земле и накрыла его ладонями. От её рук пошло мягкое зеленоватое сияние. Я почувствовал, как её сила перетекает в землю, пробуждая спящую жизнь. Семечко засветилось ещё сильнее, и вдруг из него полез зелёный побег.