Воронов выпрямился.
— Я строю новый мир и мне не нужен юрист, который будет рыться в кодексах. Мне нужен палач, у которого не дрогнет рука отсечь гниль.
Захаров почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он слышал эти слова, сказанные спокойным тоном и понимал — Воронов не угрожает, а просто констатирует факт. Хозяин говорил о новом мире так же буднично, как другие говорят о погоде.
И самое страшное, Захаров ему верил.
— Я даю тебе выбор, — продолжил Воронов. — Оставайся здесь и сгнивай вместе со своим архивом, жди момента, который не наступит. Умри в этом подвале, похороненный под тоннами бесполезной бумаги.
Пауза.
— Или стань моей Внутренней Безопасностью и моей контрразведкой. Ты будешь выжигать предателей, шпионов, крыс просто по факту вины.
Воронов смотрел Крайнову в глаза.
— Сможешь? Или кишка тонка?
Крайнов молчал.
Захаров наблюдал за ним и видел всё ту же знакомую картину — человек на краю пропасти. Он сам стоял там пять дней назад, в вонючем депо, когда Воронов предложил ему новую жизнь.
Контрразведчик снял очки и потёр переносицу. Без них его лицо выглядело старше, жёстче. Глубокие морщины у глаз, тёмные круги, складка между бровей.
Лицо человека, который слишком долго смотрел в бездну.
— Даже если это будут твои люди?
Голос Крайнова изменился. Хрипота осталась, но в ней появилась сталь.
— Своих тоже под нож?
Воронов не дрогнул.
— Крыс я ненавижу больше врагов.
Крайнов надел очки обратно и Захаров увидел, как меняется его взгляд — потухший пепел вспыхнул голодным огнём.
Охотник, который наконец учуял добычу.
— У меня есть условие.
Воронов молчал, давая ему продолжить.
— Первую цель выбираю я.
Воронов чуть склонил голову.
— Кто?
Вместо ответа Крайнов повернулся к стеллажам. Его рука безошибочно нырнула в груду папок и вытащила одну тонкую, потрёпанную, с загнутыми углами. Он бросил её на стол перед Вороновым.
— Шубов. Начальник городской полиции.
Захаров подошёл ближе. На обложке папки была фотография: грузный мужчина в форме, с рыхлым лицом и маленькими глазками.
— Я знаю о нем все, — продолжил Крайнов.
Он посмотрел Воронову в глаза.
— Четыре года назад он утопил дело о педофиле. Сынок областного прокурора. Я собрал доказательства, готовил арест. Шубов пришёл ко мне домой и объяснил, что будет с моей семьёй, если я не остановлюсь.
Пауза.
— Я остановился. Девочка, которую тот ублюдок насиловал, повесилась через месяц. Ей было одиннадцать.
Тишина в подвале стала осязаемой.
Захаров смотрел на Крайнова и видел не сломленного бюрократа в растянутом свитере. Он видел человека, который десять лет нёс в себе эту историю. Десять лет ждал возможности отомстить.