— Я тебя сам ебну, Тайсон! — злится тренер. — Ты у меня в зале жить будешь, пока вся дурь из башки не выветрится!
А я реву под это ворчание Юрия Германовича. Оно такое заботливое и нервное. Он обнимает нас обоих и уводит в раздевалку.
— Потом разбирать будем, — помогает Таю снять перчатки и тейпы.
— Юль, — хрипло зовет Салахов. — Не хочу, чтобы ты еще из-за меня плакала. Прости.
К нам пытается войти организатор всего этого зверства. Его грубо за шкирку вышвыривает обратно в коридор подтянувшийся к нам Тимур. Кидает на скамейку бумажный конверт.
— Сколько хоть платят за этот трешак?
— Нам с Юлькой на новый диван хватит, — подмигивает мне Салахов. — И Юрию Германовичу на новые диски для тачки останется. Вы же давно хотели? —вымученно улыбается тренеру.
— Себе оставь. Ты мне скажи, — не выдерживает Терехов, — действительно был готов свернуть ему шею? Только в глаза мне смотри, Тайсон.
— Да надо больно. Руки марать об ублюдка, — кривится он, только в глазах тьма еще не отступила. Именно она выдает его эмоции с головой. — Да клянусь! — поднимает он руки. — Я че, дебил, такое всю жизнь с собой таскать?
— Не дебил, слава богу. Собирайся. Хочется побыстрее свалить отсюда.
— Куда? — немного тормозит от усталости Тай.
— Режим нарушать, Салахов. Под моим чутким руководством. Иначе моя нервная система даст сбой. И кранты тебе тогда, — скалится Юрий Германович. — Душ тут есть? Или так поедешь?
— Есть. Я быстро.
— Тим, проконтролируй, чтобы наш герой там под горячей водичкой сознание не потерял. Мы с Юлей тут подождем. Успокоилась? — садится рядом со мной на скамейку.
— Немного.
Очень немного. Внутри еще все дрожит от пережитого. Вот нахрен мне такие его деньги? Пусть лучше идет в клуб торсом светить за чаевые, чем вот это все.
Сидим с Тереховым молча, пока парни в душе. В раздевалку бесцеремонно вваливается женщина, которую Тай показывал еще перед началом этого ада. Помещение моментально заполняется ее тошнотворными, приторными духами. Я к запаху пота давно привыкла. От него не воротит так, как от этой напыщенной, размалеванной, престарелой охотницы за молодым телом.
— А где мой победитель? — Она оглядывается, будто не замечая, что мы тут вдвоем.
И вот это ее «мой» вдруг так бесит. Во мне вскипают остатки адреналина. Им срочно нужен выход. Я поднимаюсь со скамейки. От бедра иду к ней.
— Это МОЙ победитель, — выдыхаю ей в лицо. — Пошла вон.
— Юльк… — ржет Терехов, но не останавливает.
— Что? Да как ты смеешь⁈ Знаешь, сколько я на него поставила⁈ — начинает верещать противная баба.
Схватив ее визжащую тушку за уложенные волосы, с кайфом дергаю. Она взвизгивает, а я открываю с ноги дверь и вывожу ее в коридор. Вежливо, между прочим.