По дороге со скрипом ехала телега, запряжённая тощей лошадью. Чумазый мужик, сидящий на месте возничего, смерил меня презрительным взглядом и плюнул, проезжая мимо.
— Эй, уважаемый, — крикнул я. — А где здесь ближайший город!
Может, это всё-таки таверна реконструкторов, которые забрались в такую глушь, что тут и дорог нет, только направления?
— Так позади твоей рыгаловки город, — блеющим голосом ответил мужик и хлопнул поводьями по бокам лошадки. Животина, видимо окончательно разочаровавшаяся в жизни, не обратила на это никакого внимания.
В груди ёкнуло. Вот же я… Город за таверной, а я и не разглядел.
Я обошёл забор и передо мной открылась панорама поселения, которое возничий назвал гордым словом «город».
Одноэтажные и двухэтажные срубы, крыши, покрытые сеном, заборы из такого же неструганного частокола, как вокруг таверны… Я насчитал около двадцати домов. И это — город?
Мысли скакали, как безумные. Я в чужом теле, да еще и неизвестно где. Как отсюда выбираться, и куда?
Поспешил обратно к дороге, может удастся расспросить того мужика на телеге, но его на дороге не оказалось.
В голове зрела упорная, и абсолютно безумная мысль. Это не деревня реконструкторов, это вообще не мой мир… Бред какой-то.
Да что со мной происходит?
Система отреагировала тут же.
Вы возродились в новом теле.
Такой дар даётся не каждому.
Удачи!
Не упустите свой шанс!
Да, дела. После такого ответа вопросов стало только больше.
У мальчишки, в теле которого я оказался, есть хоть какие-то работа и кров в таверне. Пока буду держаться этого места, а дальше — разберёмся. Во всяком случае, чужая память подсказывала, что за пределами этого частокола ждёт верная смерть.
Пребывая в непростых раздумьях, вернулся во двор и пошёл ко входу в таверну. Я глядел себе под ноги невидящим взглядом, не замечая ничего вокруг.
Врезавшись в кого-то, я пробормотал, не поднимая взгляд:
— Извините.
Попытался обогнуть человека, но тот схватил меня за плечи.
Я посмотрел в лицо встречному и похолодел, не смотря на жаркое солнце в зените. Это был Виктор, и его прищуренные глаза не предвещали ничего хорошего.
— Макс! — хмуро сказал хозяин таверны, и я вжал голову в плечи.
Точнее, этот Макс трусливо сжался, а я, Максим, запертый в теле подростка, не желал трястись от страха. Усилием воли я расправил плечи и выпрямил спину. Твёрдо взглянул в глаза Виктору, спокойно ожидая очередной вспышки его гнева. Он не сломит мой дух! Пусть тело этого пацана, где я волей судьбы оказался, слабое, но в нём душа взрослого, уверенного в себе мужчины.
Виктор словно почувствовал перемену во мне. Сдвинутые брови разошлись в стороны, а руки, которыми он вцепился в мои плечи, разжали хватку. Виктор похлопал меня по спине и сказал то, что я меньше всего ожидал услышать: